Бахметьевский автобусный гараж


прогулка вокруг Бахметьевского гаража Константина Мельникова – Москва 24, 30.03.2019

В 1920-е архитекторы-авангардисты строили не только в центре Москвы, но и также на тогдашних окраинах – на Пресне, Благуше и Шаболовке, вдоль Яузы, в Сокольниках и Марьиной роще. Последняя была окружена вокзалами, складами, фабриками и институтами. Рядом с одним из старейших технических вузов, МИИТом, был построен гараж для первой большой партии автобусов, закупленных в Англии. Сам институт получил новые корпуса, а вокруг уже строились жилые дома – рабочие поселки и отдельные кооперативы. Новые проекты были реализованы в передовых формах, основанных на простой геометрии. Москва 24 публикует гид из карты конструктивизма в Марьиной роще, составленной Еврейским музеем и центром толерантности.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Гараж для автобусов Моссовета (Бахметьевский автобусный парк)

Архитектор: К. Мельников. Инженер: В. Шухов
1926–1928
Образцова, 19а

Здание уникально своим планом, в его основании лежит параллелограмм, а не
привычный прямоугольник.Такая форма была продиктована большим радиусом поворота автобусов (партию автобусов английской фирмы "Лейланд" Моссовет закупил в 1925 году для городских перевозок). Константин Мельников изобрел и хотел запатентовать для автобусов и другого транспорта особую схему въезда и выезда, так называемую прямоточную систему, преимущества которой ему пришлось доказывать на практике. Сам гараж был сделан одноэтажным, с семью воротами с каждого торца. Стены его кирпичные, в них есть вертикальные окна, идущие от пола до потолка, и большие круглые оконные проёмы, расположенные над воротами выездов с западного фасада. Порталы на стороне въездов оштукатурены, а над ними размещена шрифтовая композиция. Чтобы внутри огромного гаража было светло, на коньке его кровли устроены фонари. Мельников придумал направить их в обе стороны, в отличие от односторонних шедовых фонарей, применявшихся при строительстве фабричных цехов. Крыша над ними поочередно приподнята то в одну, то в другую сторону, напоминая сверху спину гигантского динозавра. Помимо самого гаража, здесь располагались здания мастерских и корпуса для администрации и столовой на пересечении бывшей Бахметьевской улицы и Новосущевского переулка. Всего за десять лет Мельников сделал в Москве пять гаражей по четырем проектам. Один из них, единственный многоэтажный, также построен в Марьиной роще.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Первый дом Российского железнодорожного строительного кооперативного товарищества

1928
Образцова, 12

Небольшой четырехэтажный дом с симметричным фасадом. Его кирпичные боковые и дворовая стены лишены декора, как у дореволюционных доходных домов. Главный же фасад оштукатурен и украшен двумя остекленными эркерами с рельефной надписью над проездной аркой: "Первый дом Р.Ж.С.К.Т-ва", выполненной типичным для 1920-х годов "рубленым" шрифтом. Из эркеров с высокими аттиками, скрывающими скатную кровлю, выступают небольшие балконы на толстых бетонных консолях. Металлический парапет между эркерами по всей длине главного фасада создает впечатление, что здание имеет плоскую кровлю-террасу. В этих архитектурных приемах налицо все признаки немного наивной, но очень старательной стилизации под модную каркасную конструкцию. Железобетонный каркас был основным выразительным элементом в архитектуре конструктивизма, но для массового строительства часто оказывался слишком дорог.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Клуб и общежития МИИТ

Архитекторы: С. Герольский, Л. Великовский
Конец 1920-х – начало 1930-х годов
Новосущевский переулок, 6, строение 1, 2-й Вышеславцев переулок, 17

Комплекс Московского института инженеров транспорта (МИИТ) – один из крупнейших университетских городков-кампусов довоенной Москвы. Комплекс из нескольких учебных корпусов, клуба (Дворца культуры), общежитий и других построек занимает два квартала. Новый учебный корпус выстроен в начале 1930-х на Новосущевской улице. Он имеет очень сложную конфигурацию и к улице обращен длинным фасадом с выразительным стеклянным полуцилиндром. Чуть раньше был застроен квартал к северу, занятый клубом и комплексом общежитий. Клуб выходит остекленным фасадом на Новосущевский переулок. Наиболее эффектны здесь зигзагообразный профиль остекления фойе и угол здания, сделанный в виде врезанного в параллелепипед остекленного цилиндра.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Марьинский Мосторг (Универмаг "МСПО Красная Пресня")

Архитектор: К. Яковлев
1927–1928
Октябрьская, 59/46

Такие магазины были построены в каждом районе Москвы, каждый – по индивидуальному проекту. Угловое здание имеет характерную для этого типа компоновку – большие витринные окна, "парадную" угловую трехмаршевую лестницу и торговые залы по двум внешним фасадам. До 1940-х годов магазин имел гладкие стены, подчеркивающие плавный изгиб фасада и "нематериальность" остекления. Над входом было размещено название, выполненное крупным рубленным шрифтом. Позже здание перештукатурили, добавили наличники окон и карниз, но сохранили общую композицию фасадов.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Гараж "Интуриста"

Архитекторы: К. Мельников, В. Курочкин
1930–1934
Сущевский Вал, 33

Декор фасада для Мельникова был не самоцелью, а средством, выражающим экспрессию машинного века. Наклонная линия остекления здесь не повторяет наклон рампы, сделанной для подъема в гараж машин. Скорее, она вызывает ассоциации с образом движущегося "по трамплину" автомобиля (наклонный карниз должен был упираться в левый угол фасада и иметь ширину, достаточную для размещения модели машины). Огромный проем окна высотой четыре этажа должен был служить для "демонстрации" движущихся по спиральной рампе машин внутри гаража. Реализована была только правая часть задуманного фасада, с круглым окном, частью диагонального карниза и типичными для творчества Мельникова треугольными ребрами-пилястрами.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Жилой комплекс "Сущевка" (имени С. М. Кирова)

Архитекторы: Б. Блохин, Н. Колотовкин
1926–1929
Сущевский Вал, 14/22, корпуса 1–7

Жилой комплекс, построенный по проекту известного архитектора-"жилищника", работавшего в те годы в конторе "Мосстрой". Здесь проявились все особенности городской среды рабочих поселков Москвы. Семь корпусов, один из которых целиком перестроен, а другие реконструированы, образуют систему вытянутых с севера на юг дворов. Жилые дома расположены симметрично относительно оси, ведущей от Сущевского Вала к Вадковскому переулку. В геометрическом центре квартала в 1934 году был установлен бюст С. М. Кирова. Архитектор использовал здесь типовые секции Моссовета с двух-, трех- и четырехкомнатными квартирами, однако некоторые дома не лишены оригинальной отделки фасадов – горизонтальные тяги-молдинги опоясывают их углы. Центральный дом квартала имеет п-образный план, охватывая своими крыльями двор, закрывает его от шумной улицы. В его дворе сохранились две характерные для того времени трубы котельных (квартал имел автономное отопление и горячее водоснабжение).

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Полиграфический комбинат "Правда"

Архитектор: П. Голосов
1931–1936
Правды, 24

Архитектор нашел строгое и выразительное решение, объединив все редакционные помещения в расположенный вдоль улицы длинный семиэтажный корпус со сплошным остеклением центральной и торцевых стен. От этого корпуса отходят три девятиэтажных блока, связанные лифтами с производственным корпусом. Вместе они образуют ш-образный план всей постройки. За симметричным главным фасадом расположились два одинаковых внутренних двора. Вдоль 5-й Ямской улицы протянулся двухэтажный производственный корпус. Его фасад выглядит подчеркнуто брутально: ленточное остекление внизу и глухая стена наверху, прорезанная круглыми окнами-иллюминаторами.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Клуб союза коммунальников имени С. М. Зуева

Архитектор: И. Голосов
1927–1929
Лесная, 18

Рабочий клуб соседнего Миусского трамвайного депо – один из самых сохранных, он используется до сих пор. В остекленный угловой цилиндр эффектно вписана парадная винтовая лестница. Перекрытия лестничных площадок опираются на монолитные железобетонные балки радиального направления. Двойное остекление цилиндра до сих пор сохранило оригинальные металлические переплеты. Все остальные части здания прямоугольные, строгие по форме. Зрительный зал расположен на верхнем этаже, "кружковые" комнаты и другие помещения – на всех трех этажах. Этажи связаны между собой ещё двумя лестницами с прямыми маршами, сохранившими оригинальные деревянные поручни на металлических перилах.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Клуб "РОТФРОНТ" типографии "Красный пролетарий"

Архитектор: С. Пэн
1929–1930
Краснопролетарская, 32

Ассиметричное здание, формой напоминающее океанский лайнер. Основную часть клуба занимает зрительный зал на 550 мест. В виде корабельных надстроек над ним выполнены киноаппаратная и сценическая коробки. Из зала, фойе и надстроек существовали выходы на длинные террасы-"палубы". "Нос" парохода первоначально был закругленным, о чем сейчас напоминает ломаная форма перестроенной стены второго этажа. Легкий железобетонный козырек "капитанского мостика" не сохранился, а элегантная металлическая круглая печная труба была заменена массивной квадратной. Около заделанного дверного проема со стороны улицы сохранилось модное в те годы круглое окно-иллюминатор.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Типография "Огонек"

Архитекторы: Л. Лисицкий, М. Барщ, П. Антонов
1930–1934
1-й Самотечный переулок, 17

Еще недавно считалось, что знаменитый художник и дизайнер Эль Лисицкий, хоть и имел архитектурное образование, ничего не построил. Однако теперь известно, что по инициативе Михаила Кольцова, главного редактора "Огонька", Лисицкий получил заказ на проект типографии для "ЖУРГАЗА"– Журнально-газетного объединения. Она была спроектирована в виде сложного четырехэтажного г-образного по форме здания, напоминающего положенный на землю знаменитый "горизонтальный небоскреб", с остекленными фасадами и подвешенной на внешних арках кровлей. В осуществленном варианте комплекс зданий стал намного компактнее – он состоит из трех элементов: многоэтажного здания с различными редакционными и производственными помещениями и печатными цехами, перекрытых кровлями ломаной формы. В многоэтажном корпусе лестничный блок сделан с характерными для архитектурной стилистики тех лет многочисленными круглыми окнами. Задуманные арочные конструкции и зенитные фонари не были реализованы.

Над картой работали:
Еврейский музей и центр толерантности,
Николай Васильев, доцент НИУ МГСУ, генеральный секретарь DOCOMOMO Россия,
Наталья Меликова, фотограф, автор проекта The Constructivist Project.

www.m24.ru

Бахметьевский гараж - Bakhmetevsky Bus Garage

Интерьер Бахметьевского гаража. Структурный дизайн Владимира Шухова; раскладка планировка Константина Мельникова. 1929, Москва Концепция Мельникова компоновки гаража свободного потока

Бахметьевский гараж был общественный гараж автобус в Москве , разработанный в 1926 году Константина Мельникова (концепция и архитектурный план выставки дизайна) и Владимира Шухова ( зданий и сооружений ). Здание, завершено в 1927 году, был примером применения авангардистских архитектурных метод промышленного объекта. Забытые в течение многих десятилетий , и почти обречены на снос, он был восстановлен в 2007-2008 годах и вновь открыт в сентябре 2008 года в галерее современного искусства.

Оригинальный дизайн

В 1925 году Мельников отправился в Париж , курирующий строительство своего советского павильона на Exposition Internationale декоративного искусства и др Industriels Modernes . Там он получил частные заказы для гаражных зданий , объединенных с мостами через Сену реку. Эти проекты не получили за пределами концепции стадии, однако, Мельников нашел экономичную раскладку , что позволило парковку большого количества автомобилей, никогда не используя передачу заднего хода.

Вернувшись в Москву, Мельников увидел новый парк Leyland автобусов , заправленные в узкий двор на Большой Ордынке. Он подошел к городским транспортной доске и быстро продал свою идею для гаража свободного потока. Он был построен на большом участке в Bakhmetevskaya - стрит, 11 (тогда рабочий класс пригород к северу от Садового кольца , а позже, улица была переименована в улицу Образцова). Конструкция крыши была разработана Владимира Шухова ; в следующем году, Мельников и Шухов вместе работали над другом здании, подковообразный Ново-Рязанской улице грузовик гараж . Bakhmetevsky гараж размещены 104 автобусов на площади 8500 квадратных метров.

Bakhmetevsky гараж, иногда связанный с конструктивистской архитектурой , был на самом деле в стиле неопределенной красного кирпича промышленной раскраске; круглые окна в мансарде только черты авангардного (и даже они были уничтожены несколько десятилетий назад). То , что делает его выделиться как авангардный ориентир является его неортодоксальной, параллелограмм -образная и планировкой последующего влияния на более поздних промышленных образцах.

В дальнейшем развитие

Весь проект был больше, чем просто гараж. Мельникова также разработаны семинары и офисных зданий на том же участке, заполнение пустот неправильной формы, сделанные путем размещения параллелограмм-образный гараж на большом прямоугольном много. Его оригинал, неопубликованный 1927 мастер-план был найден в 1999 году, в рамках подготовки к Мельникову мемориальной выставке, и служил в качестве базы для 2003 плана перепланировки. Однако, в 1928 году Мельников изменил этот план, и, после завершения офисного здания самого прошел управление строительством Андрея Курочкин.

попытки консервации

В 1990 году , стареющий гараж был указан в качестве архитектурного памятника. В 2001 году компания автобуса освободила здание и мэрия передал ее в Московский хасидской еврейской общины Центр перепланировки, при условии , что общинный центр строить общественную школу по той же партии и вернуть ее в город. Общественный центр подошел архитектор Алексей Воронцов разработать весь проект. До того , как проекты были завершены в 2001 году, строители сняли кровлю и начали разборку стропила, разрушив восемь пролетов. Государственное вмешательство приостановлено дальнейшее разрушение; Воронцов убедил клиента нанять профессионального реставрации бюро по оценке масштабов и стоимости хранения. В конце концов, в 2003 году, общинный центр и власти согласовали план развития компромисса по Воронцову , которое бы сохранил оригинальные наружные стены. Общественная школа, однако, должны была быть завершена рядом с гаражом Мельникова, оставив еврейскую общину с возможностью построить еще один культурный институт , который включал фасад здания 1928 Мельникова.

После многих лет забвения, работа ускоряется во второй половине 2007 года гараж был полностью восстановлен внешне в первой половине 2008 года в комплекте с 1920-х годов в стиле надписи на восточном (вход) фасада; внутренняя работа была завершена Джейми Fobert архитекторов в сентябре 2008 года здание было вновь открыто для публики в сентябре , как гараж в Центре современной культуры (сокращенно на русском языке, как CCC ), показывая выставку Ильи и Эмилии Кабаковых . Новая галерея предлагает 8500 квадратных метров выставочной площади. Центр находится в ведении Дарья Жукова ; скорость и расход проекта 2007-2008 восстановления приписываются спонсорство Романа Абрамовича , который возглавляет совет попечителей для Федерации еврейских общин России .

В день открытия художественной галереи Александр Борода, президент Федерации еврейских общин России , объявила о планах по переводу гараж в «Еврейский музей толерантности» , чтобы открыть в 2011 году музей будет делить пространство с художественной галереей , Еврейский музей и Центр толерантности открылся 10 ноября 2012 года и с 2013 года дома около пятисот книг как часть Шнеерсон-библиотеки конфискованной Советского Союза в 1920 - х годах.

Рекомендации

Смотрите также

внешняя ссылка

Координаты : 55 ° 47'21 "N 37 ° 36'28" в.д. / 55,78917 ° N 37,60778 ° E  / 55,78917; 37,60778

<img src="https://en.wikipedia.org//en.wikipedia.org/wiki/Special:CentralAutoLogin/start?type=1x1" alt="" title="">

ru.qwe.wiki

прогулка вокруг Бахметьевского гаража Константина Мельникова – The City, 30.03.2019

В 1920-е архитекторы-авангардисты строили не только в центре Москвы, но и также на тогдашних окраинах – на Пресне, Благуше и Шаболовке, вдоль Яузы, в Сокольниках и Марьиной роще. Последняя была окружена вокзалами, складами, фабриками и институтами. Рядом с одним из старейших технических вузов, МИИТом, был построен гараж для первой большой партии автобусов, закупленных в Англии. Сам институт получил новые корпуса, а вокруг уже строились жилые дома – рабочие поселки и отдельные кооперативы. Новые проекты были реализованы в передовых формах, основанных на простой геометрии. Москва 24 публикует гид из карты конструктивизма в Марьиной роще, составленной Еврейским музеем и центром толерантности.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Гараж для автобусов Моссовета (Бахметьевский автобусный парк)

Архитектор: К. Мельников. Инженер: В. Шухов
1926–1928
Образцова, 19а

Здание уникально своим планом, в его основании лежит параллелограмм, а не
привычный прямоугольник.Такая форма была продиктована большим радиусом поворота автобусов (партию автобусов английской фирмы «Лейланд» Моссовет закупил в 1925 году для городских перевозок). Константин Мельников изобрел и хотел запатентовать для автобусов и другого транспорта особую схему въезда и выезда, так называемую прямоточную систему, преимущества которой ему пришлось доказывать на практике. Сам гараж был сделан одноэтажным, с семью воротами с каждого торца. Стены его кирпичные, в них есть вертикальные окна, идущие от пола до потолка, и большие круглые оконные проёмы, расположенные над воротами выездов с западного фасада. Порталы на стороне въездов оштукатурены, а над ними размещена шрифтовая композиция. Чтобы внутри огромного гаража было светло, на коньке его кровли устроены фонари. Мельников придумал направить их в обе стороны, в отличие от односторонних шедовых фонарей, применявшихся при строительстве фабричных цехов. Крыша над ними поочередно приподнята то в одну, то в другую сторону, напоминая сверху спину гигантского динозавра. Помимо самого гаража, здесь располагались здания мастерских и корпуса для администрации и столовой на пересечении бывшей Бахметьевской улицы и Новосущевского переулка. Всего за десять лет Мельников сделал в Москве пять гаражей по четырем проектам. Один из них, единственный многоэтажный, также построен в Марьиной роще.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Первый дом Российского железнодорожного строительного кооперативного товарищества

1928
Образцова, 12

Небольшой четырехэтажный дом с симметричным фасадом. Его кирпичные боковые и дворовая стены лишены декора, как у дореволюционных доходных домов. Главный же фасад оштукатурен и украшен двумя остекленными эркерами с рельефной надписью над проездной аркой: «Первый дом Р.Ж.С.К.Т-ва», выполненной типичным для 1920-х годов «рубленым» шрифтом. Из эркеров с высокими аттиками, скрывающими скатную кровлю, выступают небольшие балконы на толстых бетонных консолях. Металлический парапет между эркерами по всей длине главного фасада создает впечатление, что здание имеет плоскую кровлю-террасу. В этих архитектурных приемах налицо все признаки немного наивной, но очень старательной стилизации под модную каркасную конструкцию. Железобетонный каркас был основным выразительным элементом в архитектуре конструктивизма, но для массового строительства часто оказывался слишком дорог.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Клуб и общежития МИИТ

Архитекторы: С. Герольский, Л. Великовский
Конец 1920-х – начало 1930-х годов
Новосущевский переулок, 6, строение 1, 2-й Вышеславцев переулок, 17

Комплекс Московского института инженеров транспорта (МИИТ) – один из крупнейших университетских городков-кампусов довоенной Москвы. Комплекс из нескольких учебных корпусов, клуба (Дворца культуры), общежитий и других построек занимает два квартала. Новый учебный корпус выстроен в начале 1930-х на Новосущевской улице. Он имеет очень сложную конфигурацию и к улице обращен длинным фасадом с выразительным стеклянным полуцилиндром. Чуть раньше был застроен квартал к северу, занятый клубом и комплексом общежитий. Клуб выходит остекленным фасадом на Новосущевский переулок. Наиболее эффектны здесь зигзагообразный профиль остекления фойе и угол здания, сделанный в виде врезанного в параллелепипед остекленного цилиндра.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Марьинский Мосторг (Универмаг «МСПО Красная Пресня»)

Архитектор: К. Яковлев
1927–1928
Октябрьская, 59/46

Такие магазины были построены в каждом районе Москвы, каждый – по индивидуальному проекту. Угловое здание имеет характерную для этого типа компоновку – большие витринные окна, «парадную» угловую трехмаршевую лестницу и торговые залы по двум внешним фасадам. До 1940-х годов магазин имел гладкие стены, подчеркивающие плавный изгиб фасада и «нематериальность» остекления. Над входом было размещено название, выполненное крупным рубленным шрифтом. Позже здание перештукатурили, добавили наличники окон и карниз, но сохранили общую композицию фасадов.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Гараж «Интуриста»

Архитекторы: К. Мельников, В. Курочкин
1930–1934
Сущевский Вал, 33

Декор фасада для Мельникова был не самоцелью, а средством, выражающим экспрессию машинного века. Наклонная линия остекления здесь не повторяет наклон рампы, сделанной для подъема в гараж машин. Скорее, она вызывает ассоциации с образом движущегося «по трамплину» автомобиля (наклонный карниз должен был упираться в левый угол фасада и иметь ширину, достаточную для размещения модели машины). Огромный проем окна высотой четыре этажа должен был служить для «демонстрации» движущихся по спиральной рампе машин внутри гаража. Реализована была только правая часть задуманного фасада, с круглым окном, частью диагонального карниза и типичными для творчества Мельникова треугольными ребрами-пилястрами.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Жилой комплекс «Сущевка» (имени С. М. Кирова)

Архитекторы: Б. Блохин, Н. Колотовкин
1926–1929
Сущевский Вал, 14/22, корпуса 1–7

Жилой комплекс, построенный по проекту известного архитектора-«жилищника», работавшего в те годы в конторе «Мосстрой». Здесь проявились все особенности городской среды рабочих поселков Москвы. Семь корпусов, один из которых целиком перестроен, а другие реконструированы, образуют систему вытянутых с севера на юг дворов. Жилые дома расположены симметрично относительно оси, ведущей от Сущевского Вала к Вадковскому переулку. В геометрическом центре квартала в 1934 году был установлен бюст С. М. Кирова. Архитектор использовал здесь типовые секции Моссовета с двух-, трех- и четырехкомнатными квартирами, однако некоторые дома не лишены оригинальной отделки фасадов – горизонтальные тяги-молдинги опоясывают их углы. Центральный дом квартала имеет п-образный план, охватывая своими крыльями двор, закрывает его от шумной улицы. В его дворе сохранились две характерные для того времени трубы котельных (квартал имел автономное отопление и горячее водоснабжение).

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Полиграфический комбинат «Правда»

Архитектор: П. Голосов
1931–1936
Правды, 24

Архитектор нашел строгое и выразительное решение, объединив все редакционные помещения в расположенный вдоль улицы длинный семиэтажный корпус со сплошным остеклением центральной и торцевых стен. От этого корпуса отходят три девятиэтажных блока, связанные лифтами с производственным корпусом. Вместе они образуют ш-образный план всей постройки. За симметричным главным фасадом расположились два одинаковых внутренних двора. Вдоль 5-й Ямской улицы протянулся двухэтажный производственный корпус. Его фасад выглядит подчеркнуто брутально: ленточное остекление внизу и глухая стена наверху, прорезанная круглыми окнами-иллюминаторами.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Клуб союза коммунальников имени С. М. Зуева

Архитектор: И. Голосов
1927–1929
Лесная, 18

Рабочий клуб соседнего Миусского трамвайного депо – один из самых сохранных, он используется до сих пор. В остекленный угловой цилиндр эффектно вписана парадная винтовая лестница. Перекрытия лестничных площадок опираются на монолитные железобетонные балки радиального направления. Двойное остекление цилиндра до сих пор сохранило оригинальные металлические переплеты. Все остальные части здания прямоугольные, строгие по форме. Зрительный зал расположен на верхнем этаже, «кружковые» комнаты и другие помещения – на всех трех этажах. Этажи связаны между собой ещё двумя лестницами с прямыми маршами, сохранившими оригинальные деревянные поручни на металлических перилах.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Клуб «РОТФРОНТ» типографии «Красный пролетарий»

Архитектор: С. Пэн
1929–1930
Краснопролетарская, 32

Ассиметричное здание, формой напоминающее океанский лайнер. Основную часть клуба занимает зрительный зал на 550 мест. В виде корабельных надстроек над ним выполнены киноаппаратная и сценическая коробки. Из зала, фойе и надстроек существовали выходы на длинные террасы-«палубы». «Нос» парохода первоначально был закругленным, о чем сейчас напоминает ломаная форма перестроенной стены второго этажа. Легкий железобетонный козырек «капитанского мостика» не сохранился, а элегантная металлическая круглая печная труба была заменена массивной квадратной. Около заделанного дверного проема со стороны улицы сохранилось модное в те годы круглое окно-иллюминатор.

Фото предоставлено Еврейским музеем и центром толерантности

Типография «Огонек»

Архитекторы: Л. Лисицкий, М. Барщ, П. Антонов
1930–1934
1-й Самотечный переулок, 17

Еще недавно считалось, что знаменитый художник и дизайнер Эль Лисицкий, хоть и имел архитектурное образование, ничего не построил. Однако теперь известно, что по инициативе Михаила Кольцова, главного редактора «Огонька», Лисицкий получил заказ на проект типографии для «ЖУРГАЗА»– Журнально-газетного объединения. Она была спроектирована в виде сложного четырехэтажного г-образного по форме здания, напоминающего положенный на землю знаменитый «горизонтальный небоскреб», с остекленными фасадами и подвешенной на внешних арках кровлей. В осуществленном варианте комплекс зданий стал намного компактнее – он состоит из трех элементов: многоэтажного здания с различными редакционными и производственными помещениями и печатными цехами, перекрытых кровлями ломаной формы. В многоэтажном корпусе лестничный блок сделан с характерными для архитектурной стилистики тех лет многочисленными круглыми окнами. Задуманные арочные конструкции и зенитные фонари не были реализованы.

Над картой работали:
Еврейский музей и центр толерантности,
Николай Васильев, доцент НИУ МГСУ, генеральный секретарь DOCOMOMO Россия,
Наталья Меликова, фотограф, автор проекта The Constructivist Project.

thecity.m24.ru

Бахметьевский гараж — Википедия

 Объект культурного наследия города Москвы № 2957953№ 2957953

Бахме́тьевский гара́ж — здание бывшего гаража на улице Образцова (бывшей Бахметьевской улице), владение 19 А, в Москве, построенное в 1927 году по проекту зодчих Константина Мельникова и Владимира Шухова для английских автобусов фирмы «Лейланд».

Здание Бахметьевского гаража — памятник архитектуры советского авангарда; стоит в ряду оригинальных построек двадцатых годов XX века,[1][2] отличается уникальной пространственной композицией и ярким художественным образом. Бахметьевский гараж — часть архитектурного комплекса Бахметьевского автобусного парка (позднее — 3-го автобусного парка ГУП «Мосгортранс»), в состав которого, помимо здания гаража, входят административный корпус и здание авторемонтных мастерских, также признанные объектами культурного наследия.

В 1999 году 3-й автобусный парк был переведён в Бибирево, а ранее занимаемая им территория (3,057 га со строениями) в 2001 году была передана Правительством Москвы в безвозмездное временное пользование религиозной организации — Московской Марьино-рощинской Еврейской общине «для эксплуатации и поддержания существующих зданий и инженерных систем в рабочем состоянии на период проектирования и строительства учебно-воспитательного и спортивно-досугового комплекса в 2001—2005 гг.»[3] и создания Российского еврейского музея толерантности. 12 июня 2008 года в здании Бахметьевского гаража был открыт Центр современной культуры «Гараж».[4]

Предпосылки строительства и возникновение идеи

Началом организованного автобусного движения в Москве принято считать 1924 год, когда началось регулярное движение по «дачной» линии от Пресненской заставы до Серебряного бора[5][6][7]. На линии работало несколько импортных и самодельных автобусов, переделанных из грузовиков. Эксплуатация этого маршрута дала хорошие результаты, и в том же году была открыта первая внутригородская автобусная линия от Каланчёвской площади до Тверской заставы. Для этой линии в Великобритании были закуплены восемь 28-местных автобусов «Лейланд». В январе 1925 года прибыли ещё 16 «Лейландов», что позволило открыть дополнительно два новых маршрута. В конце 1927 года в Москве работали уже 18 автобусных линий, по которым курсировали 130 автобусов. Поступление большого количества автобусов вынудило Московское коммунальное хозяйство (МКХ), в ведении которого тогда находилось управление общественным транспортом столицы, всерьёз задуматься о строительстве в Москве специальных автобусных гаражей.

Автобусы «Лейланд», 1927 год

Первый в Москве автобусный парк для английских автобусов был построен в 1926 году на Большой Ордынке по проекту архитектора М. Е. Приёмышева с использованием складских построек Покровской мануфактуры[8]. Он оказался крайне неудобен для этой функции. Ордынский автобусный парк стал для Константина Мельникова местом авторского замысла Бахметьевского гаража:

…я выехал на Ордынку и увидел: заграничных щёголей дёргали передним, задним ходом, — вспоминал К. Мельников, — с бранью пятили, укладывая на ночлег. Жаль стало истраченных слитков золота. В грёзах «Лейланд» рисуется мне породистым конём, он сам ставит себя на своё место в манеже. А машинам? Изъять из движения острые углы — получим прямоточную систему[9].

Интерес Мельникова к разворачивавшемуся в Москве гаражному строительству предопределили сделанные им проекты гаражей для Парижа. Популярность[сн 1] архитектуры построенного К. С. Мельниковым павильона СССР для Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности в Париже привела к тому, что автор получает в 1926 году ряд предложений и заказов, среди которых проект гаража вместимостью в тысячу машин. Мельников разработал два альтернативных варианта проекта с оригинальной идеей размещения гаражей над мостами через Сену: полупрозрачный стеклянный куб со стоянками в десять этажей и поднятое над уровнем земли здание с консольно-подвесными конструкциями. Уже в проекте гаража над мостами Сены Мельников использует новый приём размещения автомашин, при котором заезд на стоянку и выезд с неё осуществляется без использования заднего хода[10]. Парижским проектам не суждено было реализоваться, однако ряд возникших при проектировании парижских гаражей архитектурных идей был использован архитектором при проектировании гаражей в Москве.

Вернувшись из Парижа, Мельников углубился в изучение графиков движения автомашин при парковании, и в результате выдвинул идею о системе пилообразного в плане паркования, при котором размеры передвижений и помехи машин друг другу резко уменьшались. Сам архитектор в своих эскизах и чертежах называл этот способ паркования «системой Мельникова», но позднее его стали именовать «прямоточной системой».

Эскизы
Эскиз гаража для такси в Париже (кубический вариант), 1926 год Эскиз пятиэтажного варианта постройки Бахметьевского гаража, 1926 год Один из последних эскизов Бахметьевского гаража, 1926-1927 год

К моменту включения Мельникова в проектирование автобусного парка уже имелись утверждённые рабочие чертежи и проект строительства в Марьиной роще на Бахметьевской улице гаража обычного для тех лет манежного типа[9]. Мельников лично отправился в Моссовет с предложением альтернативного проекта[10][11]. Утром 16 мая 1926 года на Арбузовскую площадь[12] столицы были выведены автобусы для опытного сравнения гаражей существующей системы с системой предложенной Мельниковым. 30 автобусов и грузовиков МКХ попеременно входили и становились на места в нарисованные краской на мостовой два типа гаража : один по системе Мельникова, другой — обычного манежного типа. Хронометрические замеры, проведённые техническим советом Московского коммунального хозяйства, показали существенные преимущества предложений К. С. Мельникова и ему было поручено проектирование Бахметьевского автобусного парка[9].

Перед нами высился бастион из утверждённых к постройке чертежей и суровое упрямство властей автотранспорта, — писал К. С. Мельников, — Но более властным оказалось желание пришедшего с улицы архитектора …Рождённая Искусством идея проникла в сердца моих врагов и, после проведённых 16 мая 1926 года опытов, со мной был подписан договор на постройку манежа неведомой Москве косоугольной формы на прямоугольном участке Бахметьевской, ныне Образцова улице, с длинного порога которой взвился мой ЗОЛОТОЙ СЕЗОН[10].

В первоначально разработанном проекте Бахметьевского гаража К. Мельников предлагал разместить его в пятиэтажном здании с заглублением двух этажей в землю, для минимизации пробега машин между этажами. Гараж состоял из двух пересекающихся зданий, причём в пересечении был запроектирован светлый зал с платформами для осмотра машин. Въезд и выезд из гаража происходил по спирали. Однако этот, как назвал его позднее сам К. Мельников, «формалистический» подход не был принят и проект был переработан[9].

Бахметьевский гараж всегда воспринимался исследователями творчества К. Мельникова и специалистами по советской архитектуре 1920—1930-х годов как отдельно стоящий объект, «образец чистой формы»[9][10][13]. Однако в 1999 году, в ходе подготовки к мемориальной выставке «Константин Мельников и Москва. Диалог с городом», организованной в рамках сотрудничества Московского архитектурного института, факультета архитектуры Политехнического университета в Милане, архитектурного факультета Технического университета в Дельфте и университета в Штутгарте, в московских архивах был обнаружен оригинальный, неопубликованный нигде ранее генеральный план участка Бахметьевского автобусного парка с чертежами, выполненными К. С. Мельниковым.

Прямоточная система расстановки и движения автобусов в гараже

Изучение генерального плана позволяет сделать вывод, что согласно первоначальному замыслу архитектора, Бахметьевский гараж был композиционной доминантой целого комплекса, включающего в себя помимо гаража здания административного корпуса, котельной, бензинохранилища и авторемонтных мастерских, складывающихся в единую образную композицию различных геометрических фигур, принимающих на плане формы эллипса, круга и прямоугольника[14]. В основу пространственной композиции Бахметьевского автобусного парка архитектором была положена диагональ, по оси которой был поставлен гараж. Такое оригинальное размещение главного объекта помимо ярких художественных достоинств имело и ряд функциональных преимуществ: в свободных углах прямоугольного участка появлялась возможность расположить необходимые автобусному парку дополнительные здания и сооружения. В организации застройки углов участка был использован классический архитектурно-планировочный прием: композиционно выделенный центр, фланкированный крыльями[15]. Мастерские и котельная были объединены в мельниковском генеральном плане в единый расположенный в глубине двора комплекс, роль центра которого исполнял овальный в плане объём с открытым внутренним двором. Административный корпус, состоящий из двух объёмов, расположенных перпендикулярно друг к другу вдоль красных линий пересекающихся улиц (Бахметьевской улицы и вновь создаваемого проезда (ныне Новосущёвский переулок), группировался перед круглым объёмом бензинохранилища, являющегося внутренним композиционным акцентом. Расположение всех, на первый взгляд разнохарактерных элементов планировки, подчинялось строгой геометрии и создавало ощущение устойчивого равновесия при композиционной самодостаточности каждого элемента[13].

Главный торцевой фасад гаража Верхняя часть главного фасада, 2008 год

Первоначальный генеральный план, разработанный Мельниковым в 1926 году, был реализован лишь частично. Неизменными остались только местоположение и геометрическая форма гаража в виде параллелограмма (сам Мельников называл эту форму трапецией[9]). Трапециевидное здание гаража размером 54 на 167 метров и общей площадью 8575 квадратных метров[3] одной своей формой задавало правила движения автотранспорта под тупым углом 127° по отношению к оси гаража[9]. Сам архитектор называл этот принцип движения не иначе как «формулой»:

ФОРМУЛА: Система гаража, отличающаяся тем, что автомашина ставится на место и выезжает из гаража путём поступательного хода передом в одном направлении с поворотом под тупым углом[8].

Система расстановки автотранспорта уступами к направлению внутреннего проезда позволила более плотно разместить автобусы в гараже и сэкономить пространство, а также получить существенные эксплуатационные преимущества: при установке на место и выезде автобусов избегалась обычная в других типах гаражей необходимость маневрирования, движения задним ходом и использования помощи специального персонала[16][17]. Построенное в конце 1920-х годов здание Бахметьевского гаража оставалось рентабельным вплоть до 1970-х годов, так как конструкция оказалась способной вмещать увеличение как количества машин, так и их размеров[9].

Моя система, — писал в 1969 году Константин Мельников, — как психологический натиск, нарушила все существовавшие нормы, сузив отверстие расходования средств и времени на пользование автотранспортом"[18].

Примечательно, что все четыре фасада здания имеют разное архитектурное решение. Это связано не только с тем, что фасады выполняли разные функции, но и обусловлено своеобразным творческим почерком архитектора, заметным в большинстве его построек.

Главный торцевой фасад гаража с семью въездными воротами обращён на улицу Образцова. Вертикальные простенки между въездными порталами, образно напоминающими приоткрытые книги, а также часть плоскости стены над воротами, остеклены. В верхней части главного фасада Мельников поместил крупную рельефную надпись: «Сторона въездов», при строительстве добавилась надпись «Бахметьевский автобусный парк», на картуше — «Московское коммунальное хозяйство. Гараж построен в 1926-27». Крупными римскими цифрами над воротами были обозначены номера рядов. Выезд из гаража осуществлялся через ворота, расположенные на заднем торцевом фасаде. Над четырьмя центральными воротами заднего фасада размещаются большие круглые окна, напоминающие иллюминаторы. Ещё восемь выездов из гаража устроены в продольной северной стене. Здесь простенки между воротами заполнены горизонтальным ленточным остеклением. Южная стена гаража имеет сплошное ленточное остекление в два яруса. Ритмично расположенные на фасадах гаража окна разных типов, чередующиеся с прямоугольными порталами, придают зданию особую художественную образность, свойственную творчеству Мельникова[19].

Интерьер гаража

wikipedia.bio

По следам Москвы Советской

Бахметьевский гараж


Адрес - ул. Образцова, д. 19а

Архитекторы - К. С. Мельников, В. Г. Шухов

Дата строительства - 1926 – 1927 гг.

Стиль - конструктивизм

Описание - Здание Бахметьевского гаража является  памятником архитектуры советского авангарда. Бахметьевский гараж — часть архитектурного комплекса Бахметьевского автобусного парка (позднее — 3-го автобусного парка ГУП «Мосгортранс»), в состав которого, помимо здания гаража, входят административный корпус и здание авторемонтных мастерских.  В первой половине 1930-х годов Бахметьевский автобусный парк  был самым крупным в городе и обслуживал более 75 % маршрутов столицы.

Здание гаража  размером 54 на 167 метров и общей площадью 8575 квадратных метров выполнено в форме трапеции. В этом сооружении впервые в мире была применена предложенная Мельниковым система расстановки автомашин в ряд уступами под углом 45 градусов к направлению внутреннего проезда, что позволило более плотно разместить автобусы в гараже и сэкономить пространство.  Здание имеет четыре фасада, имеющих разное архитектурное решение.

 Главный торцевой фасад гаража с семью въездными воротами обращён на улицу Образцова. В верхней части главного фасада Мельников поместил крупную рельефную надпись: «Сторона въездов», при строительстве добавилась надпись «Бахметьевский автобусный парк», на картуше — «Московское коммунальное хозяйство. Гараж построен в 1926-27». Выезд из гаража осуществлялся через ворота, расположенные на заднем торцевом фасаде. Над четырьмя центральными воротами заднего фасада размещаются большие круглые окна, напоминающие иллюминаторы. Ещё восемь выездов из гаража устроены в северной стене здания. Здесь простенки между воротами остеклены. На южной стене размещены два яруса стекол.

Внутреннее пространство гаража не имеет перегородок. Оно представляет собой крытый манеж, разделённый на три нефа 18-ю тонкими металлическими колоннами. У западной и восточной стен здания были устроены две металлические винтовые лестницы, ведущие на мостики, которые позволяли осматривать автотранспорт сверху и контролировать состояние кровли и перекрытий.

К началу 1928 года кроме здания Бахметьевского гаража был построен административный корпус, имевший прямоугольный объём, поставленный вдоль Бахметьевской улицы. Композиционным центром главного фасада административного здания является выступающий за основную плоскость стены объём лестничного пространства и примыкающий к нему вестибюль. Тогда же была построена часть крыла комплекса мастерских. В дальнейшем К. С. Мельников непосредственного участия в работе над комплексом Бахметьевского автобусного парка не принимал, а достройкой руководил архитектор В. И. Курочкин.

Реконструкция: За время эксплуатации Бахметьевского автобусного парка его здания не реставрировались, но появились многочисленные постройки, искажающие первоначальную композицию комплекса.

2001 – 2008 гг. – была произведена реконструкция здания под руководством архитектора Алексея Воронцова: восстановлены утраченные металлоконструкции, по архивным фотографиям и чертежам К. Мельникова воссоздан главный фасад здания с крупными надписями над въездными порталами.

Современное состояние здания: оценивается как удовлетворительное

Современная эксплуатация здания: Действующий выставочный центр. 12 июня 2008 года в здании Бахметьевского гаража был открыт Центр современной культуры «Гараж».

 

НАЗАД

moskvasovet.ucoz.com

Мельников, Константин Степанович — Википедия

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Мельников. Запрос «Мельников, Константин Степанович» перенаправляет сюда; см. также другие значения.
Константин Мельников
Страна
Дата рождения 22 июля (3 августа) 1890
Место рождения
Дата смерти 28 ноября 1974(1974-11-28)[1][2][…](84 года)
Место смерти
Учёба
Работал в городах Москва, Ликино-Дулёво, Саратов, Париж, Салоники
Архитектурный стиль авангард
Важнейшие постройки Бахметьевский гараж, Гараж на Новорязанской улице, Клуб завода «Каучук», Клуб фабрики «Свобода» и Дом культуры имени И. В. Русакова
Градостроительные проекты планы застройки Ходынского поля и Бутырского района Москвы.
Нереализованные проекты Памятник Христофору Колумбу в Санто-Доминго, ДК им. Зуева, Здание Наркомтяжпрома
Научные труды Архитектура моей жизни. Творческая концепция. Творческая практика
Звания
 Медиафайлы на Викискладе

Константи́н Степа́нович Ме́льников (22 июля (3 августа) 1890, Москва — 28 ноября 1974, там же) — русский и советский архитектор, художник и педагог, заслуженный архитектор РСФСР, один из лидеров авангардного направления в советской архитектуре в 1923—1933 годах.

Константин Мельников ещё в 1930-е годы получил мировое признание как «великий русский архитектор» современности, однако его уникальная творческая концепция в те же годы подверглась в СССР резкой критике за «формализм»; архитектор по сути был отлучён от профессии (последняя постройка по его проекту датирована 1936 годом)[5].

Столетний юбилей архитектора ЮНЕСКО отметила тем, что объявила 1990 год годом Константина Мельникова. По результатам опроса членов Российской академии архитектуры и строительных наук, проводившегося в 2001 году, К. С. Мельников занял первое место среди выдающихся отечественных архитекторов XX века и третье — в мировом списке.[5]

Рождение, ранние годы[править | править код]

Отец К. С. Мельникова, Степан Илларионович Мельников, был родом из села Александрово Сергачского уезда Нижегородской губернии (в настоящее время село Александрово Краснооктябрьского района Нижегородской области). Отбывая сверхсрочную воинскую службу в городе Воскресенске Звенигородского уезда, он женился на крестьянке Елене Григорьевне Репкиной. Вскоре после женитьбы чета переселилась в Петровско-Разумовское (в настоящее время — Москва), и Степан Илларионович получил казённую службу на строительстве и ремонте дорог во владениях первого в России высшего сельскохозяйственного учебного заведения — Петровской лесной и земледельческой академии (ныне Российский государственный аграрный университет). Семья Мельниковых была многодетной и патриархальной.[6]3 августа (22 июля по старому стилю) 1890 года, третьим по счёту среди оставшихся в живых детей, родился Константин Мельников.

Местом рождения К. Мельникова была «Соломенная сторожка» — построенный на границе академических владений и луга Бутырского сельскохозяйственного хутора глинобитный, крытый соломой барак, в котором проживали сторожа, охранявшие угодья Академии, а также находились комнаты рабочих, обслуживавших Новое шоссе (ныне — Тимирязевская улица). Позднее Степану Мельникову вместе с семьёй была предоставлена казённая комната на первом этаже в полицейской будке-доме, стоявшей поблизости с Соломенной сторожкой на пересечении современной Тимирязевской и Ивановской улиц. В доме, как вспоминал К. Мельников, «жили четыре семьи с таким количеством детей, что весь широкий двор был утоптан нами до приятной земляной ласковости»[6]. Степан Мельников тяготился службой, его тянуло к привычному крестьянскому труду. Уже на казённой квартире он завёл двух коров, построил во дворе дома коровник. В 1897 году семья Мельниковых переехала в выстроенный Степаном Илларионовичем небольшой собственный дом в подмосковную деревню Лихоборы. С переездом в свой дом Степан Мельников развил молочное хозяйство, начатое им ещё у Соломенной сторожки. Отец с матерью ежедневно возили на своей лошади молоко в Москву на продажу. Дети, в том числе и Константин, вставали с восходом солнца, помогали родителям выгонять коров на пастбище, разносили молоко по близлежащим дачам.

Образование К. Мельникова началось в четырёхклассной церковно-приходской школе прихода «Петропавловской домовой, что при Сельскохозяйственном институте, церкви». Особым прилежанием в учёбе Мельников не отличался, но любил чистописание, за что часто получал пятёрки. С малых лет Константин Мельников выделялся в семье и среди своих сверстников подвижностью, выдумкой, способностью и любовью к рисованию[6]. В 1903 году Константин окончил церковно-приходскую школу и родители стали подбирать ему профессию. Учитывая рано проявившиеся художественные способности Константина, родители отдали его учеником в иконописную мастерскую Прохорова в Марьиной роще. Через неделю родители приехали навестить сына, который сильно скучал по семье и вольной жизни. Поехав с родителями домой, Константин так в мастерскую больше и не вернулся[7].

Константин Мельников (второй справа) с семьей В. М. Чаплина (второй слева). 1904 г.

Родители Мельникова вскоре познакомились на рынке с молочницей Авдотьей Ивановной, которая разносила молоко по московским домам, в том числе в дом выдающегося учёного и педагога, специалиста в области отопления и вентиляции, инженера В. М. Чаплина. Действуя через швейцара Михайлу, Авдотья Ивановна помогла устроить Константина мальчиком в принадлежащий В. М. Чаплину и В. Г. Залесскому торговый дом «В. Залесский и В. Чаплин». Уже в первый день работы В. М. Чаплин, введя оробевшего ребёнка в огромный светлый зал с блестящим паркетом и лакированными столами, попросил его что-нибудь нарисовать. Константин почти целый день рисовал рельефную чугунную топку и был удостоен похвалы от Чаплина.

Обучение в МУЖВЗ[править | править код]

В. Чаплин нанял для Константина учителя-художника и в 1904 году Мельников выдержал экзамен по художественным дисциплинам в Московском училище ваяния и зодчества (МУЖВЗ). Однако уровень образования, полученного в церковно-приходской школе, оказался недостаточным для сдачи экзамена по русскому языку. Весь следующий за провалом на экзамене год Константин усиленно занимается с домашней учительницей детей В. М. Чаплина. Чаплин вводит Мельникова в свою семью, берёт его с собой в поездках на дачу, выделяя ему при этом отдельную комнату, жена Чаплина, Екатерина Андреевна, помогает Константину освоить элементарные манеры поведения в обществе.

Осенью 1905 года пятнадцатилетний Константин Мельников блестяще сдал все вступительные экзамены и был зачислен на общеобразовательное отделение МУЖВЗ.

… Моё имя стояло в числе одиннадцати счастливчиков, среди 270 претендентов, — вспоминал К. С. Мельников, — Конкуренты мои носили усы и даже бороду — возраст служения Искусству <…> не ограничивался[6].

В училище Мельников обучался в общей сложности в течение 12 лет, получив сначала общее образование (1910), а затем став выпускником отделений живописи (1914) и архитектуры (1917). Его учителями на отделении живописи были художники К. А. Коровин, Н. А. Клодт, В. Н. Бакшеев, А. Е. Архипов, С. В. Иванов, С. В. Малютин, Мельников посещал также занятия скульптурой у С. Т. Конёнкова. За годы обучения в МУЖВЗ живопись Мельникова дважды удостаивалась премии имени братьев Сергея и Павла Третьяковых, его рисунки особо отмечались в одной из статей газеты «Русское слово», посвящённой обзору выставки работ училища.

По воспоминаниям о годах обучения самого К. С. Мельникова, архитектура в то время навевала на него скуку и он поступил на архитектурное отделение исключительно по настоянию своего учителя В. М. Чаплина[6]. Поступив в 1914 году сразу в 4-й класс архитектурного отделения, Мельников догнал некоторых одноклассников по общеобразовательному отделению. Руководителем класса был профессор Ф. О. Богданович, знаток архитектурных стилей, известный строительством сложной системы благоустройства территории вокруг храма Христа Спасителя в Москве и храмов в неоготическом стиле (Собор Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии в Москве и Храм Пресвятого Сердца Иисуса в Самаре). За первую самостоятельную работу — разрез «вестибюля в римском стиле», Мельников удостоился отзыва Ф. О. Богдановича: «есть штиль!». Учителями Мельникова на архитектурном отделении были такие известные академики архитектуры, как И. В. Жолтовский, И. А. Иванов-Шиц, С. В. Ноаковский. Сам К. Мельников наиболее высоко оценивал уроки И. В. Жолтовского, несмотря на то, что в дальнейшем их взгляды на архитектуру существенно разошлись. Жолтовский вёл занятия в виде бесед, анализируя художественные проблемы и закономерности архитектуры, подробно разбирая выдающиеся произведения архитектуры. Часто студенты собирались дома у Жолтовского, ведя беседы об искусстве и архитектуре. Эти беседы произвели на Мельникова большое впечатление — это были «очаровательные вечера» говорил он и добавлял, что вспоминает о них с большой благодарностью[7].

В годы обучения Мельников начинает работать помощником на различных постройках московских архитекторов, в основном по заданиям фирмы «В. Залесский и В. Чаплин». В виде преддипломной практики К. С. Мельникову было поручено разработать фасады строившегося в ту пору первого в России автомобильного завода АМО (в настоящее время завод ЗИЛ). Постройка завода велась под руководством выдающихся специалистов А. В. Кузнецова и А. Ф. Лолейта. Мельников с семьёй получил казённую квартиру в ампирном особняке на берегу Москвы-реки, вблизи стройки.

Обучение Мельникова в МУЖВЗ закончилось в 1917 году, но диплом об окончании училища он получил в следующем, 1918 году.

Ещё будучи студентом, весной 1912 года Мельников женился на Анне Гавриловне Яблоковой. В 1913 году у них родилась дочь Людмила, а в 1914 году сын Виктор.

Начало самостоятельного творческого пути[править | править код]

В 1918 году по приглашению И. В. Жолтовского Мельников, в числе лучших выпускников МУЖВЗ, поступает в Архитектурно-планировочную мастерскую Строительного отдела Моссовета — первую государственную архитектурную артель советского времени. Мастерской руководили И. В. Жолтовский («Главный мастер») и А. В. Щусев («Старший мастер»). Вместе с К. С. Мельниковым в мастерской работало двенадцать мастеров («апостолов», как шутили сами архитекторы), среди которых были прославленные в будущем архитекторы Л. А. Веснин, братья Пантелеймон и Илья Голосовы, Н. А. Ладовский, В. Д. Кокорин, А. М. Рухлядев. Мастерской разрабатывались проекты по перепланировке и реконструкции Москвы — план «Новая Москва», проектировались народные дома, школы, жильё для рабочих, агитдоски.

Первым заданием по реальному заказу стал для Мельникова проект посёлка для служащих Алексеевской психиатрической больницы. Об этом проекте, когда он был только начат, писала летом 1918 года газета «Известия». В составе плана «Новая Москва» К. Мельников выполнил проект планировки Бутырского района (1918—1922) и, совместно с А. Л. Поляковым и И. И. Фидлером, проект планировки Ходынского поля (1922). Первые проекты архитектора выполнены в стиле неоклассицизма, однако постепенно Мельников переносит центр тяжести в создании архитектурного образа с ордерных деталей на общую объёмно-пространственную композицию[7].

27 сентября 1919 Константин Степанович и его жена Анна Гавриловна были арестованы на квартире у А. И. Ефимова и заключены в Бутырскую тюрьму. В начале 1920 по ходатайству Московского Политического Красного Креста были освобождены.[8]

После преобразования в 1920 году Первых и Вторых государственных свободных художественных мастерских (образованных ранее на основе Строгановского художественно-промышленного училища и Московского училища живописи, ваяния и зодчества) в ВХУТЕМАС, летом того же года К. С. Мельников становится его профессором[6]. На архитектурном факультете ВХУТЕМАСа постепенно оформляются три центра со своими концепциями и принципами преподавания: Академические мастерские (руководитель И. В. Жолтовский, преподаватели А. В. Щусев, Э. И. Норверт, В. Д. Кокорин, Л. А. Веснин и другие), Объединённые левые мастерские (Обмас) (Н. А. Ладовский, Н. В. Докучаев, В. Ф. Кринский) и отдельная мастерская И. А. Голосова и К. С. Мельникова, носившая поочерёдно названия: Синтетическая мастерская № 2, Мастерская экспериментальной архитектуры, Новая академия[7].

Мельникова привлекала концепция формообразования Н. Ладовского и он даже вступил в созданную им в 1923 году творческую организацию архитекторов-рационалистов АСНОВА (Ассоциация новых архитекторов). В эти годы Мельников становится также членом Архитектурного отдела Наркомпроса и представителем этого отдела в Рабисе.

«Махорка»[править | править код]

В начале 1920-х годов Мельников резко порывает с различного рода традиционалистскими стилизациями. Вместе с тем, Мельников не присоединяется ни к каким архитектурным группам и не участвует в публичных дискуссиях, напротив, чётко дистанцируясь от группы архитекторов-конструктивистов, лидерами которой были братья Веснины и Моисей Гинзбург. Отказавшись от неоклассики, Мельников создаёт первые произведения в новом стиле.

Константин Мельников у винтовой лестницы «Махорки», фото 1923 г.

Деревянный павильон «Махорка» Всероссийского махорочного синдиката на Всероссийской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставке 1923 года в Москве стал первым осуществлённым сооружением Мельникова в новаторском духе. Из одноэтажного сооружения, которое мыслилось заказчиками, «Махорка» превратилась в концептуальное сооружение с консольными свесами, большими плоскостями рекламных плакатов, открытой винтовой лестницей и прозрачным остеклением, не имеющим в углах конструктивных опор — всё это резко выделяло проект из многочисленных построек выставки.

Проект «Махорки» был резко негативно встречен заказчиками, однако Мельникова поддержал главный архитектор выставки А. В. Щусев, за что Константин Степанович до конца жизни был ему благодарен, несмотря на резкие необъективные выступления Щусева против Мельникова в 1930-х годах.

Всем хором партнёров по выставке проект хотели уничтожить — защитил талант, поддержанный Алексеем Викторовичем Щусевым. Ему он шлёт свою признательность[6].

Мельников оказался не только самым молодым из архитекторов, получивших заказ на проектирование павильона, но и сам павильон среди своих коллег он получил самый незначительный — один из десятков ведомственных павильонов, для проектирования большинства которых даже не приглашали автора-архитектора. Несмотря на то, что в проектировании других выставочных сооружений приняли участие такие известные и заслуженные архитекторы и художники как А. В. Щусев, А. В. Кузнецов, И. В. Жолтовский, П. А. Голосов, А. К. Буров и В. И. Мухина, по многим оценкам самым оригинальным и свежим на выставке был павильон «Махорка»[7].

При проектировании «Махорки» Мельников применил принципиально новый подход к художественному образу выставочного павильона, который был затем развит в принесшем ему мировую славу советском павильоне на Международной выставке декоративных и прикладных искусств в Париже 1925 года. Павильон оказался одним из самых первых примеров подлинного обновления языка архитектуры, тем более знаменательного, что постройка была выполнена в традиционнейшем и, казалось бы, уже не поддающемся какому-либо новому осмыслению материале, — в дереве[7].

В «Махорке» наметились архитектурно-конструктивные приёмы, определившие облик архитектуры XX века[9] и которые до сих пор являются актуальными и активно применяются в современном строительстве[6].

Саркофаг для Мавзолея В. И. Ленина[править | править код]

После смерти В. И. Ленина в начале 1924 года, встал вопрос об увековечивании его памяти и сохранении тела. 22 февраля 1924 года Мельников получил предложение принять участие в конкурсе на проектирование саркофага для Мавзолея В. И. Ленина, архитектурный проект которого осуществлял А. В. Щусев. Правительственная комиссия по увековечиванию памяти В. И. Ленина под председательством Ф. Э. Дзержинского признала проект Мельникова лучшим. Мельников намеренно отказался в своём проекте от формы гроба, в котором устроено остеклённое отверстие, позволяющее видеть лицо. Саркофаг, предложенный Мельниковым, был необычной геометрической формы, полностью выполненной из стекла.

Архитектурная идея моего проекта, — вспоминал позднее Мельников, — состояла из четырёхгранной удлинённой пирамиды, срезанной двумя противоположно наклонными внутрь плоскостями, образовывавшими при пересечении строго горизонтальную диагональ. Таким образом, верхний стеклянный покров получил естественную прочность от прогиба. Найденная конструктивная идея исключала необходимость обрамлять стыки частей саркофага металлом. Получился кристалл с лучистой агрой внутренней световой среды.[7]

В июле 1924 года член Комиссии по увековечиванию памяти В. И. Ленина Л. Б. Красин назначил К. С. Мельникова ответственным по строительству саркофага и поручил ему выполнить задание в десятидневный срок[6]. Саркофаг был выполнен под руководством Мельникова в несколько видоизменённом виде на ряде московских заводов к назначенному сроку и занял своё место в деревянном мавзолее, в затем перенесён в каменный, где выполнял свою роль вплоть до Великой Отечественной войны и эвакуации тела В. И. Ленина в Тюмень. Саркофаг В. И. Ленина работы К. Мельникова считался утраченным, пока не был обнаружен в запасниках музея-заповедника «Ленинские Горки» сотрудниками дома-музея К. Мельникова.[источник не указан 638 дней]

Факт создания К. С. Мельниковым саркофага для тела Ленина рассматривается многими как своеобразная «охранная грамота» архитектора в его дальнейшей профессиональной деятельности[10].

Ново-Сухаревский рынок[править | править код]

В 1924 году, после неудавшегося закрытия Сухаревского рынка, стихийно существовавшего на Большой Сухаревской площади по обе стороны Сухаревской башни, городские власти решают упорядочить рыночную торговлю и начинают строить рынок на пустыре между современными Большим Сухаревским переулком, Трубной улицей и Садовой-Сухаревской улицей. Однако, К. С. Мельников, прославившийся к тому времени строительством «Махорки», предлагает принципиально новое решение, которое было принято и реализовано в 1925—1926 годах:

Несмотря на то, что постройка была начата, — вспоминал К. С. Мельников в 1964 году, — но угловой показ товаров по моему проекту заставил подчиниться архитектурному решению темы[7].

К. Мельников предложил застроить всю отведённую под рынок территорию однотипными сблокированными деревянными торговыми павильонами-киосками, каждый блок которых состоял из двух изолированных друг от друга помещений, выходящих входом и торговой витриной на противоположные стороны. От четырёх до двадцати блоков собиралось в ряды таким образом, чтобы на обе стороны их лицевые стены выходили под углом. В результате такой планировки перед каждым торговым киоском создавалось выделенное пространство[7].

Предложенное Мельниковым архитектурно-планировочное решение Ново-Сухаревского рынка позволило, во-первых, экономно использовать отведённую под его строительство территорию, во-вторых, в короткий срок возвести торговые киоски, которые собирались на месте из стандартных заранее заготовленных деревянных элементов, в-третьих, создать комфортные условия как для торговцев, так и для покупателей. Устройство на рынке павильонов-киосков позволило торговцам не просто приходить на рынок с товаром на один день, как это было на Сухаревском и других московских рынках той поры, а получить возможность арендовать на какое-то время отдельное небольшое торговое помещение. Особенности планировки давали возможность покупателю сразу видеть весь товар целого ряда. Кроме того, покупатель, находясь в уступе, не мешал проходящей по рядам публике.

Ново-Сухаревский рынок был закрыт в 1930 году и торговля продовольственными товарами была переведена на Ярославский рынок. На месте закрытого рынка расположилась автодормехбаза, использовавшая в перестроенном виде трехэтажное здание конторы рынка[11]. По состоянию на июнь 2009 года сохранилось сильно перестроенное конторское здание рынка, которое является самой ранней из дошедших до наших дней построек выдающегося архитектора.

Советский павильон в Париже[править | править код]
Павильон СССР

В ноябре 1924 года, после установления дипломатических отношений между СССР и Францией, Советскому Союзу последовало приглашение принять участие в Международной выставке современных декоративных и промышленных искусств, открывающейся в Париже весной 1925 года. 18 ноября 1924 года Выставочный комитет Советского отдела объявил закрытый конкурс на проект павильона СССР, в котором приняли участие архитекторы В. А. Щуко, И. А. Фомин, братья Веснины, Н. А. Ладовский, Н. Докучаев, В. Ф. Кринский, И. А. Голосов, М. Я. Гинзбург, К. С. Мельников и группа выпускников ВХУТЕМАСа. Через месяц, 28 декабря, жюри под председательством А. В. Луначарского и при участии В. В. Маяковского[7], рассмотрев все представленные на конкурс проекты, признало проект К. С. Мельникова лучшим и поручило ему выполнение его в натуре. В середине января 1925 года Мельников выехал вместе с женой и двумя детьми в Париж для строительства павильона СССР.

Павильон представлял собой лёгкую каркасную двухэтажную постройку, выполненную из дерева. Большая часть площади наружных стен павильона была остеклена. Прямоугольное в плане здание перерезалось по диагонали ведущей на второй этаж открытой лестницей, на которой было сооружено оригинальное перекрытие в виде наклонных перекрещивающихся деревянных плит. Впоследствии автор павильона, друживший с поэтессой Татьяной Глушковой, сказал об этой своей работе: «… никакой современный материал (строительный) не может перекричать застенчивого шепота искусства»[12]

Находясь в Париже, Мельников разрабатывает также проект застройки небольшого участка, отведённого на выставке для советского Торгсектора. По проекту архитектора возводятся небольшие «бутики» — торговые киоски, пилообразно блокированные друг с другом. В архитектуре комплекса Торгсектора прослеживается влияние как основного павильона СССР, так и торговых киосков московского Ново-Сухаревского рынка, над цветовым оформлением которого Мельников продолжал работать в Париже, высылая эскизы рабочим в Москву.

«Золотой период» (1927—1933 годы)[править | править код]

Появление в 1927—1929 годах первых новаторских произведений Мельникова для многих оказалось неожиданным. Они не укладывались ни в какие школы и течения, вызывая восторг у одних, непонимание и отрицание у других. Мельников проектировал многочисленные клубы и другие общественные здания, а также жилые дома, крупные гаражи, во многом определив облик Москвы 1920-х. Сам К. Мельников так отозвался об этом периоде своего творчества:

Начиная с 1927, мой авторитет вырос в монопольный захват … вот так поступит любовь и с Вами, если она Вас полюбит[7].

Гаражи[править | править код]

Результатом известности[13] Мельникова, которую принесло ему строительство павильона СССР для Международной выставке современных декоративных и промышленных искусств в Париже, стал заказ проекта гаража для Парижа вместимостью в тысячу машин. Мельников разработал два альтернативных варианта: полупрозрачный стеклянный куб со стоянками в десять этажей и поднятое над уровнем земли здание с консольно-подвесными конструкциями. Парижским проектам не суждено было реализоваться, однако ряд возникших при их проектировании архитектурных идей был использован К. Мельниковым при строительстве гаражей в Москве:

Бахметьевский гараж[править | править код]

В 1926 году Мельников заинтересовался схемой движения автомобилей при парковании и в результате выдвинул предложение о «прямоточной системе» паркования, при которой резко сокращались помехи и передвижения автомобилей при занятии и покидании парковочного места. В соответствии с этой системой К. С. Мельников спроектировал здание гаража на Бахметьевской улице, имеющее в плане форму параллелограмма, с четырьмя по-разному решёнными фасадами — в связи с различием их функций. Разработанная Мельниковым система позволила разместить в гараже на Бахметьевской улице 104 больших автобуса марки «Лейланд», сэкономить пространство и получить существенные эксплуатационные преимущества: при установке на место и выезде автобусов избегалась обычная в других типах гаражей необходимость маневрирования и движения задним ходом[14]. Внутри гаража отсутствуют перегородки — здание выполнено по типу крытого манежа. Металлические конструкции безопорного перекрытия пространства площадью 8500 квадратных метров разработал знаменитый русский инженер Владимир Шухов.

Бахметьевский гараж
Бахметьевский гараж. Сторона въездов, фото 2008 года Интерьер гаража, фото 1920-х годов Схема расстановки и схема движения автомобилей в гараже
Гараж на Новорязанской улице[править | править код]

Гараж в плане имеет необычную форму, напоминающую гигантскую подкову. Столь необычная планировка гаража была выбрана Мельниковым из-за неудобной треугольной формы выделенного под застройку участка. Причём разработанная им подковообразная схема парковки машин обеспечивала компактное размещение максимально возможного количества грузовиков на данной площади и их удобный въезд и выезд из гаража. На Новорязанскую улицу выходят экспрессивные торцевые фасады подковообразного здания. Круглые окна в верхней части килевидно выступающих фасадов контрастируют с большими, вытянутыми вертикально, прямоугольными окнами, расположенными по бокам и прямоугольными окнами административного корпуса, расположенного в центре . Согласно проекту в килевидных выступах фасадов находились массивные ворота, обеспечивающие удобные въезд-выезд (на сегодняшний день остались одни ворота, остальные заложены стеклоблочной кладкой). Металлические конструкции перекрытий, как и для Бахметьевского гаража, разработал В. Г. Шухов.

Гараж ВАО «Интурист»[править | править код]
Гараж Интуриста, 2008 год

Созданное в 1929 году Государственное акционерное общество (ГАО) по иностранному туризму в СССР «Интурист» первоначально не располагало собственной материальной базой. В 1933 году ГАО «Интурист» было слито с Всесоюзным акционерным обществом «Отель» и получило в своё распоряжение несколько гостиниц, ресторанов и автотранспорт[15]. Растущая с каждым годом материальная база «Интуриста» вызвала необходимость строительства отдельного гаража для автотранспорта всесоюзного общества.

Проект был выполнен в Архитектурной мастерской Моссовета № 7, возглавляемой в то время К. С. Мельниковым, в соавторстве с архитектором В. И. Курочкиным. Фасад гаража был трактован архитектором как экран, в центре которого (в специальной круглой «витрине») непрерывно мелькают проезжающие по внутреннему спиральному пандусу автомобили. В натуре проект К. С. Мельникова был осуществлён в 1934 году лишь частично — правая сторона фасада здания с круглым окном. Левая пятиэтажная часть главного фасада гаража уже без участия Мельникова была решена в неоклассическом стиле, который в начале 1930-х годов пришёл на смену новаторским идеям в советской архитектуре. За время своего существования здание неоднократно перестраивало

ru.wikipedia.org

Бахметьевский гараж в городе Москва

Здание Бахметьевского гаража — памятник архитектуры советского авангарда; стоит в ряду оригинальных построек двадцатых годов XX века,Шаблон:-1 отличается уникальной пространственной композицией и ярким художественным образом. Бахметьевский гараж — часть архитектурного комплекса Бахметьевского автобусного парка (позднее — 3-го автобусного парка ГУП «Мосгортранс»), в состав которого, помимо здания гаража, входят административный корпус и здание авторемонтных мастерских, также признанные объектами культурного наследия.

В 1999 году 3-й автобусный парк был переведён в Бибирево, а ранее занимаемая им территория (около 3,057 га со строениями) в 2001 году была передана Правительством Москвы в безвозмездное временное пользование религиозной организации — Московской Марьино-рощинской Еврейской общине «для эксплуатации и поддержания существующих зданий и инженерных систем в рабочем состоянии на период проектирования и строительства учебно-воспитательного и спортивно-досугового комплекса в 2001—2005 гг.» и создания Российского еврейского музея толерантности. 12 июня 2008 года в здании Бахметьевского гаража был открыт Центр современной культуры «Гараж».Шаблон:-1

Предпосылки строительства и возникновение идеи

Началом организованного автобусного движения в Москве принято считать 1924 год, когда началось регулярное движение по «дачной» линии от Пресненской заставы до Серебряного бора. На линии работало несколько импортных и самодельных автобусов, переделанных из грузовиков. Эксплуатация этого маршрута дала хорошие результаты, и в том же году была открыта первая внутригородская автобусная линия от Каланчёвской площади до Тверской заставы. Для этой линии в Великобритании были закуплены восемь 28-местных автобусов «Лейланд». В январе 1925 года прибыли ещё 16 «Лейландов», что позволило открыть дополнительно два новых маршрута. В конце 1927 года в Москве работали уже 18 автобусных линий, по которым курсировали 130 автобусов. Поступление большого количества автобусов вынудило Московское коммунальное хозяйство (МКХ), в ведении которого тогда находилось управление общественным транспортом столицы, всерьёз задуматься о строительстве в Москве специальных автобусных гаражей.

Первый в Москве автобусный парк для английских автобусов был построен в 1926 году на Большой Ордынке по проекту архитектора М. Е. Приёмышева с использованием складских построек Покровской мануфактуры. Он оказался крайне неудобен для этой функции. Ордынский автобусный парк стал для Константина Мельникова местом авторского замысла Бахметьевского гаража: Шаблон:Начало цитаты …я выехал на Ордынку и увидел: заграничных щёголей дёргали передним, задним ходом, — вспоминал К. Мельников, — с бранью пятили, укладывая на ночлег. Жаль стало истраченных слитков золота. В грёзах «Лейланд» рисуется мне породистым конём, он сам ставит себя на своё место в манеже. А машинам? Изъять из движения острые углы — получим прямоточную систему.Шаблон:-1 Шаблон:Конец цитаты Интерес Мельникова к разворачивавшемуся в Москве гаражному строительству предопределили сделанные им проекты гаражей для Парижа. Популярность архитектуры построенного К. С. Мельниковым павильона СССР для Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности в Париже привела к тому, что автор получает в 1926 году ряд предложений и заказов, среди которых проект гаража вместимостью в тысячу машин. Мельников разработал два альтернативных варианта проекта с оригинальной идеей размещения гаражей над мостами через Сену: полупрозрачный стеклянный куб со стоянками в десять этажей и поднятое над уровнем земли здание с консольно-подвесными конструкциями. Уже в проекте гаража над мостами Сены Мельников использует новый приём размещения автомашин, при котором заезд на стоянку и выезд с неё осуществляется без использования заднего хода. Парижским проектам не суждено было реализоваться, однако ряд возникших при проектировании парижских гаражей архитектурных идей был использован архитектором при проектировании гаражей в Москве.

Вернувшись из Парижа, Мельников углубился в изучение графиков движения автомашин при парковании, и в результате выдвинул идею о системе пилообразного в плане паркования, при котором размеры передвижений и помехи машин друг другу резко уменьшались. Сам архитектор в своих эскизах и чертежах называл этот способ паркования «системой Мельникова», но позднее его стали именовать «прямоточной системой».

К моменту включения Мельникова в проектирование автобусного парка уже имелись утверждённые рабочие чертежи и проект строительства в Марьиной роще на Бахметьевской улице гаража обычного для тех лет манежного типа. Мельников лично отправился в Моссовет с предложением альтернативного проекта. Утром 16 мая 1926 года на Арбузовскую площадь столицы были выведены автобусы для опытного сравнения гаражей существующей системы с системой предложенной Мельниковым. 30 автобусов и грузовиков МКХ попеременно входили и становились на места в нарисованные краской на мостовой два типа гаража : один по системе Мельникова, другой — обычного манежного типа. Хронометрические замеры, проведённые техническим советом Московского коммунального хозяйства, показали существенные преимущества предложений К. С. Мельникова и ему было поручено проектирование Бахметьевского автобусного парка. Шаблон:Начало цитаты Перед нами высился бастион из утверждённых к постройке чертежей и суровое упрямство властей автотранспорта, — писал К. С. Мельников, — Но более властным оказалось желание пришедшего с улицы архитектора …Рождённая Искусством идея проникла в сердца моих врагов и, после проведённых 16 мая 1926 года опытов, со мной был подписан договор на постройку манежа неведомой Москве косоугольной формы на прямоугольном участке Бахметьевской, ныне Образцова улице, с длинного порога которой взвился мой ЗОЛОТОЙ СЕЗОН. Шаблон:Конец цитаты В первоначально разработанном проекте Бахметьевского гаража К. Мельников предлагал разместить его в пятиэтажном здании с заглублением двух этажей в землю, для минимизации пробега машин между этажами. Гараж состоял из двух пересекающихся зданий, причём в пересечении был запроектирован светлый зал с платформами для осмотра машин. Въезд и выезд из гаража происходил по спирали. Однако этот, как назвал его позднее сам К. Мельников, «формалистический» подход не был принят и проект был переработан.

Архитектурно-планировочное решение

Бахметьевский гараж всегда воспринимался исследователями творчества К. Мельникова и специалистами по советской архитектуре 1920—1930-х годов как отдельно стоящий объект, «образец чистой формы». Однако в 1999 году, в ходе подготовки к мемориальной выставке «Константин Мельников и Москва. Диалог с городом», организованной в рамках сотрудничества Московского архитектурного института, факультета архитектуры Политехнического университета в Милане, архитектурного факультета Технического университета в Дельфте и университета в Штутгарте, в московских архивах был обнаружен оригинальный, неопубликованный нигде ранее генеральный план участка Бахметьевского автобусного парка с чертежами, выполненными К. С. Мельниковым.

Изучение генерального плана позволяет сделать вывод, что согласно первоначальному замыслу архитектора, Бахметьевский гараж был композиционной доминантой целого комплекса, включающего в себя помимо гаража здания административного корпуса, котельной, бензинохранилища и авторемонтных мастерских, складывающихся в единую образную композицию различных геометрических фигур, принимающих на плане формы эллипса, круга и прямоугольника. В основу пространственной композиции Бахметьевского автобусного парка архитектором была положена диагональ, по оси которой был поставлен гараж. Такое оригинальное размещение главного объекта помимо ярких художественных достоинств имело и ряд функциональных преимуществ: в свободных углах прямоугольного участка появлялась возможность расположить необходимые автобусному парку дополнительные здания и сооружения. В организации застройки углов участка был использован классический архитектурно-планировочный прием: композиционно выделенный центр, фланкированный крыльями. Мастерские и котельная были объединены в мельниковском генеральном плане в единый расположенный в глубине двора комплекс, роль центра которого исполнял овальный в плане объём с открытым внутренним двором. Административный корпус, состоящий из двух объёмов, расположенных перпендикулярно друг к другу вдоль красных линий пересекающихся улиц (Бахметьевской улицы и вновь создаваемого проезда (ныне Новосущёвский переулок), группировался перед круглым объёмом бензинохранилища, являющегося внутренним композиционным акцентом. Расположение всех, на первый взгляд разнохарактерных элементов планировки, подчинялось строгой геометрии и создавало ощущение устойчивого равновесия при композиционной самодостаточности каждого элемента.

Первоначальный генеральный план, разработанный Мельниковым в 1926 году, был реализован лишь частично. Неизменными остались только местоположение и геометрическая форма гаража в виде параллелограмма (сам Мельников называл эту форму трапецией). Трапецевидное здание гаража размером 54 на 167 метров и общей площадью 8575 квадратных метров одной своей формой задавало правила движения автотранспорта под тупым углом 127° по отношению к оси гаража. Сам архитектор называл этот принцип движения не иначе как «формулой»: Шаблон:Начало цитаты ФОРМУЛА: Система гаража, отличающаяся тем, что автомашина ставится на место и выезжает из гаража путём поступательного хода передом в одном направлении с поворотом под тупым углом. Шаблон:Конец цитаты Система расстановки автотранспорта уступами к направлению внутреннего проезда позволила более плотно разместить автобусы в гараже и сэкономить пространство, а также получить существенные эксплуатационные преимущества: при установке на место и выезде автобусов избегалась обычная в других типах гаражей необходимость маневрирования, движения задним ходом и использования помощи специального персонала. Построенное в конце 1920-х годов здание Бахметьевского гаража оставалось рентабельным вплоть до 1970-х годов, так как конструкция оказалась способной вмещать увеличение как количества машин, так и их размеров. Шаблон:Начало цитаты Моя система, — писал в 1969 году Константин Мельников, — как психологический натиск, нарушила все существовавшие нормы, сузив отверстие расходования средств и времени на пользование автотранспортом". Шаблон:Конец цитаты Примечательно, что все четыре фасада здания имеют разное архитектурное решение. Это связано не только с тем, что фасады выполняли разные функции, но и обусловлено своеобразным творческим почерком архитектора, заметным в большинстве его построек.

Главный торцевой фасад гаража с семью въездными воротами обращён на улицу Образцова. Вертикальные простенки между въездными порталами, образно напоминающими приоткрытые книги, а также часть плоскости стены над воротами, остеклены. В верхней части главного фасада Мельников поместил крупную рельефную надпись: «Сторона въездов», при строительстве добавилась надпись «Бахметьевский автобусный парк», на картуше — «Московское коммунальное хозяйство. Гараж построен в 1926-27». Крупными римскими цифрами над воротами были обозначены номера рядов. Выезд из гаража осуществлялся через ворота, расположенные на заднем торцевом фасаде. Над четырьмя центральными воротами заднего фасада размещаются большие круглые окна, напоминающие иллюминаторы. Ещё восемь выездов из гаража устроены в продольной северной стене. Здесь простенки между воротами заполнены горизонтальным ленточным остеклением. Южная стена гаража имеет сплошное ленточное остекление в два яруса. Ритмично расположенные на фасадах гаража окна разных типов, чередующиеся с прямоугольными порталами, придают зданию особую художественную образность, свойственную творчеству Мельникова.

Внутреннее пространство гаража не имеет перегородок и решается по типу крытого манежа, разделённого на три нефа 18-ю тонкими металлическими колоннами. На стальные колонны опираются продольные лёгкие подстропильные фермы, а также несущие средние и боковые стропильные фермы и связи, удерживающие кровлю площадью более 8 500 квадратных метров. У западной и восточной стен здания были устроены две металлические винтовые лестницы, ведущие на мостики, которые позволяли осматривать автотранспорт сверху и контролировать состояние кровли и перекрытий.

Металлические конструкции Бахметьевского гаража — одна из последних крупных работ выдающегося русского инженера Владимира Григорьевича Шухова. Архитектор сам обратился к В. Г. Шухову с просьбой спроектировать перекрытия для Бахметьевского гаража и гаража на Новорязанской улице. Мельников понравился Шухову своей неординарностью, талантливостью, умением самостоятельно мыслить и тот согласился на предложение молодого архитектора. К. C. Мельников так вспоминал о своей первой встрече с В. Г. Шуховым: Шаблон:Начало цитаты Не забуду своей встречи с Владимиром Григорьевичем Шуховым в 1926 году. Я привёз ему заказ на перекрытие Бахметьевского гаража, и что же? Вместо обсуждения дела он настойчиво усаживал меня на диван, а сам, восьмидесятилетний, стоя рассказывал мне о значении сомкнутых сводов русских церквей! Шаблон:Конец цитаты

Бахметьевский гараж и гараж на Новорязанской улице, вместе с завершившимся в то же время зданием управления Ново-Сухаревского рынка, были первыми капитальными, долговечными по функциями, построенными не из дерева сооружениями Константина Мельникова. Здание гаража нередко характеризуют как постройку в духе конструктивизма или функционализма. Однако, при известных чертах внешнего сходства, творчество Мельникова было вне модных в то время архитектурных течений и он категорически возражал, когда его постройки относили к этим стилям:

Шаблон:Начало цитаты В наш век появления Конструктивизма, Рационализма, Функционализма и АРХИТЕКТУРЫ не стало…, — писал К. Мельников, — Что касается меня, я знал другое, и это другое — не один конструктивизм. Люблю личность, уважаю личность и услаждаю личность. Каждую догму в своем творчестве я считал врагом, однако конструктивисты все в целом не достигли той остроты конструктивных возможностей, которые предвосхитил я на 100 лет. Шаблон:Конец цитаты

В марте 1927 года Константин Мельников разработал новый генеральный план застройки участка. Структура комплекса была существенно упрощена и стала более механистичной, что, очевидно, было связано с корректировкой границ участка и технологическими требованиями. К началу 1928 года кроме здания Бахметьевского гаража был построен административный корпус, имевший прямоугольный объём, поставленный вдоль Бахметьевской улицы. Композиционным центром главного фасада административного здания является выступающий за основную плоскость стены объём лестничного пространства и примыкающий к нему вестибюль. Тогда же была построена часть крыла комплекса мастерских. В дальнейшем К. С. Мельников непосредственного участия в работе над комплексом Бахметьевского автобусного парка не принимал, а достройкой руководил архитектор В. И. Курочкин.

Переработанный В. Курочкиным первоначальный проект авторемонтных мастерских лишался элипсовидных объёмов и состоял из прямоугольных кирпичных корпусов, поставленных под углом друг к другу вдоль западной и южной границ участка. Зальное пространство мастерских было перекрыто стальными фермами с верхним световым фонарем в центре. По мнению некоторых исследователей, конструкции корпуса и перекрытий мастерских также могли быть разработаны при участии В. Г. Шухова

История гаража

1927—1999 годы

Бахметьевский гараж начал частично эксплуатироваться 1 ноября 1927 года, в связи с чем из Ордынского автобусного парка сюда поступили первые 60 автобусов «Лейланд». В апреле 1928 года гараж на Бахметьевской улице был окончательно достроен и сюда были переведены все пассажирские автобусы с Большой Ордынки.

После открытия в 1930 году авторемонтных мастерских, спроектированных архитектором В. Курочкиным, автобусный парк получает номер Первого. Бахметьевский автобусный парк в первой половине 1930-х годов был самым крупным в городе и обслуживал более 75 % маршрутов столицы: из 234 автобусов, работающих к 1931 году в Москве, 177 эксплуатировалось парком № 1 на Бахметьевской улице. Помимо эксплуатации пассажирских маршрутов, Бахметьевский автобусный парк осуществлял ремонт и переоснащение автобусов. Так, в мае-июле 1936 года на маршруте № 4 от Краснопресненской заставы до Серебряного бора испытывались три автобуса ЗИС-8 с прицепами, построенными в мастерских Бахметьевского парка.

В начале Великой Отечественной войны Бахметьевский автобусный парк был переоборудован в центральные авторемонтные мастерские (ЦАРМ), на которых ремонтировались фронтовые машины и производились детали для «Катюш», а основная часть автобусов была направлена в армию и частично передана во 2-й автобусный парк, где они также использовались для военных нужд. В конце 1945 года парк вновь стал обслуживать общественный транспорт Москвы, возобновив свою работу как 3-й автобусный. В момент возобновления деятельности в Бахметьевском парке эскплуатировалось 55 пассажирских автобусов.

В конце 1961 года здесь эксплуатировалось 444 автобуса при ёмкости Бахметьевского парка в 186 мест. В связи с перегруженностью парка, в 1962 году была проведена реконструкция территории и место под стоянку автомашин существенно расширилось. К началу 1995 года в 3-м автобусном парке находилось 385 автобусов, в том числе 275 ЛиАЗов и 109 Икарусов.

В 1990 году, в связи со 100-летием со дня рождения К. С. Мельникова, комплекс Бахметьевского автобусного парка в составе здания Бахметьевского гаража, административного корпуса и здания мастерских включён в Список объектов культурного наследия Москвы. В 1997 году было принято Постановление Московской городской думы, которым здание Бахметьевского гаража было отнесено к перечню памятников истории и культуры, разрешённых к приватизации.

За время эксплуатации Бахметьевского автобусного парка по его первоначальному назначению здания не реставрировались, появились многочисленные постройки, искажающие первоначальную композицию комплекса. С фасада Бахметьевского гаража исчезли объёмные надписи, оконные переплёты заменены стеклоблоками, здание несколько раз штукатурилось и перекрашивалось с отступлениями от первоначального проекта.

В связи с тем, что здание гаража нуждалось в срочной реставрации, а также учитывая возросшую численность эксплуатируемых автобусов, которые уже не умещались на отведённом участке, в 1999 году 3-й автобусный парк был выведен с улицы Образцова в Бибирево.

«Новая судьба» Бахметьевского гаража

Первоначально на высвобождаемых площадях Бахметьевского парка предполагалось разместить специализированное предприятие по централизованному техническому обслуживанию автобусов и заказным перевозкам. Однако, после вывода с территории автобусного парка, поступило несколько новых предложений по использованию освободившегося участка. Здесь предлагалось разместить музей городского транспорта Москвы, Министерство культуры РФ и Российская академия художеств выступили с одинаковой инициативой — разместить в Бахметьевском парке музей современного искусства, Мосгортранс предложил воздвигнуть на территории Бахметьевского автобусного парка 20-этажный элитный дом, а Московский еврейский общинный центр Хабад Любавич — создать общеобразовательную еврейскую школу, а сам гараж реконструировать под хасидский культурный центр. За последний вариант ратовала и синагога «Марьина Роща», расположенная неподалёку от автобусного парка. 9 января 2001 года земельный участок, на котором расположен Бахметьевский гараж, Постановлением Правительства Москвы был передан в безвозмездное пользование Марьинорощинской еврейской общине для организации учебно-воспитательного и спортивно-досугового комплекса за счёт собственных и привлекаемых средств общины. Выбор в пользу размещения на территории Бахметьевского парка еврейского центра был сделан лично Мэром Москвы Ю. М. Лужковым: Шаблон:Начало цитаты Когда ко мне пришли представители еврейской общины и попросили предоставить место для центра, я сразу увидел в их глазах желание сделать добро. Я дал согласие, но не ожидал, что результат будет таким быстрым Шаблон:Конец цитаты

В сентябре 2001 года Главное управление охраны памятников (ГУОП) г. Москвы направило экспертов с проверкой прочности металлоконструкций здания гаража. Экспертное заключение оказалось малоутешительным: элементы ферм изъедены коррозией, несущий каркас не имеет запаса прочности и со дня на день может обрушиться. Однако вместо разработки проекта реставрации гаража, еврейская община начала самовольный демонтаж уникальных шуховских ферм. У здания Бахметьевского гаража, являющегося охраняемым государством объектом культурного наследия, была полностью разобрана крыша с фонарями верхнего света, демонтированы 12 оригинальных пролётов металлических ферм (треть от общего количества), ликвидировано заполнение окон.

В конце того же года под влиянием общественности разборка здания гаража была приостановлена и к проекту реконструкции участка были привлечены архитектор А. Воронцов, архитектор-реставратор Г. Мудров, специалисты в области архитектуры XX века Е. Никулина и Ю. Волчок. По проекту архитектора Воронцова на охраняемой территории ансамбля Бахметьевского автобусного парка должны появиться новые архитектурные объёмы, а некоторые существующие здания должны быть реконструированы. Так, непосредственно в здании гаража намечалось разместить экспозиции, посвящённые истории еврейства в России, спортивные залы и плавательный бассейн. Часть стен предполагалось снести с последующим «реставрационным восстановлением», а под зданием гаража должна была разместиться подземная парковка на 275 машин, а также технические и вспомогательные помещения культурно-спортивного центра.. В здании административного корпуса должна разместиться общеобразовательная школа, соединённая единым подземным пространством со зданием Бахметьевского гаража.

Проект реконструкции территории Бахметьевского автобусного парка несколько раз претерпевал изменения и работы проводились, в основном, по реставрации здания Бахметьевского гаража и авторемонтных мастерских. Над внутренним пространством гаража работало архитектурное бюро Юрия Григоряна «Меганом», а на завершающем этапе к приспособлению интерьера здания под выставочное пространство был привлечён лондонский архитектор канадского происхождения Джейми Фоберт (Jamie Fobert), известный дизайном выставок для галерей Тейт и Тейт Модерн. К середине 2008 года реставрация гаража была в целом завершена: восстановлены утраченные металлоконструкции, по архивным фотографиям и чертежам К. Мельникова воссоздан главный фасад здания с крупными надписями над въездными порталами. Вместе с тем при реставрации были допущены очевидные ошибки, искажающие образ архитектурного памятника. Так, в здании протекает крыша, а реставрированные фасады несут на себе явные черты «евроремонта»: яркие цвета окраски, пластиковые окна, нарушающие первоначальный рисунок оконных переплётов.

17 октября 2007 года на территории Бахметьевского автобусного парка состоялось открытие первого в России многофункционального благотворительного центра «Шаарей цедек» («Врата милосердия»), в церемонии открытия которого приняли участие мэр Москвы Юрий Лужков, председатель Федерации еврейских общин России, главный раввин России Берл Лазар, певец Иосиф Кобзон. Генеральным спонсором благотоворительного центра выступил предприниматель Роман Абрамович. В настоящее время на территории парка находятся московская еврейская школа «Месивта», московская еврейская духовная семинария «Ешива Томхей Тмимим», московская еврейская служба занятости «Аводат Хесед». В реконструированном здании авторемонтных мастерских, являющихся памятником архитектуры, располагается многофункциональный еврейский медицинский центр и благотворительная столовая.

Российский еврейский музей толерантности

Шаблон:Main Согласно планам Федерации еврейских общин России, в здании Бахметьевского гаража в 2010 году будет открыт Российский еврейский музей толерантности (РЕМТ), создание которого должно способствовать укреплению межнациональных и межконфессиональных отношений в Российской Федерации. Эту идею поддержал в беседе с Берлом Лазаром второй Президент России Владимир Путин, выразивший желание перечислить в фонд строительства музея своё месячное вознаграждение.{{-1|<ref>[http://www.guardian.co.uk/world/2007/jun/05/russia.jamessturcke James Sturcke. Putin offers salary to he

ru.advisor.travel

Бахметьевский гараж — Википедия

Координаты: 55°47′21″ с. ш. 37°36′28″ в. д. / 55.78917° с. ш. 37.60778° в. д. / 55.78917; 37.60778 (G) (O) (Я) памятник архитектуры (региональный)

Бахме́тьевский гара́ж — здание бывшего гаража на улице Образцова (бывшей Бахметьевской улице), владение 19 А, в Москве, построенное в 1927 году по проекту зодчих Константина Мельникова и Владимира Шухова для английских автобусов фирмы «Лейланд».

Здание Бахметьевского гаража — памятник архитектуры советского авангарда; стоит в ряду оригинальных построек двадцатых годов XX века,[1][2] отличается уникальной пространственной композицией и ярким художественным образом. Бахметьевский гараж — часть архитектурного комплекса Бахметьевского автобусного парка (позднее — 3-го автобусного парка ГУП «Мосгортранс»), в состав которого, помимо здания гаража, входят административный корпус и здание авторемонтных мастерских, также признанные объектами культурного наследия.

В 1999 году 3-й автобусный парк был переведён в Бибирево, а ранее занимаемая им территория (около 3,057 га со строениями) в 2001 году была передана Правительством Москвы в безвозмездное временное пользование религиозной организации — Московской Марьино-рощинской Еврейской общине «для эксплуатации и поддержания существующих зданий и инженерных систем в рабочем состоянии на период проектирования и строительства учебно-воспитательного и спортивно-досугового комплекса в 2001—2005 гг.»[3] и создания Российского еврейского музея толерантности. 12 июня 2008 года в здании Бахметьевского гаража был открыт Центр современной культуры «Гараж».[4]

Предпосылки строительства и возникновение идеи[править]

Началом организованного автобусного движения в Москве принято считать 1924 год, когда началось регулярное движение по «дачной» линии от Пресненской заставы до Серебряного бора[5][6][7]. На линии работало несколько импортных и самодельных автобусов, переделанных из грузовиков. Эксплуатация этого маршрута дала хорошие результаты, и в том же году была открыта первая внутригородская автобусная линия от Каланчёвской площади до Тверской заставы. Для этой линии в Великобритании были закуплены восемь 28-местных автобусов «Лейланд». В январе 1925 года прибыли ещё 16 «Лейландов», что позволило открыть дополнительно два новых маршрута. В конце 1927 года в Москве работали уже 18 автобусных линий, по которым курсировали 130 автобусов. Поступление большого количества автобусов вынудило Московское коммунальное хозяйство (МКХ), в ведении которого тогда находилось управление общественным транспортом столицы, всерьёз задуматься о строительстве в Москве специальных автобусных гаражей.

Автобусы «Лейланд», 1927 год

Первый в Москве автобусный парк для английских автобусов был построен в 1926 году на Большой Ордынке по проекту архитектора М. Е. Приёмышева с использованием складских построек Покровской мануфактуры[8]. Он оказался крайне неудобен для этой функции. Ордынский автобусный парк стал для Константина Мельникова местом авторского замысла Бахметьевского гаража:

…я выехал на Ордынку и увидел: заграничных щёголей дёргали передним, задним ходом, — вспоминал К. Мельников, — с бранью пятили, укладывая на ночлег. Жаль стало истраченных слитков золота. В грёзах «Лейланд» рисуется мне породистым конём, он сам ставит себя на своё место в манеже. А машинам? Изъять из движения острые углы — получим прямоточную систему.[9]

Интерес Мельникова к разворачивавшемуся в Москве гаражному строительству предопределили сделанные им проекты гаражей для Парижа. Популярность[сн 1] архитектуры построенного К. С. Мельниковым павильона СССР для Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности в Париже привела к тому, что автор получает в 1926 году ряд предложений и заказов, среди которых проект гаража вместимостью в тысячу машин. Мельников разработал два альтернативных варианта проекта с оригинальной идеей размещения гаражей над мостами через Сену: полупрозрачный стеклянный куб со стоянками в десять этажей и поднятое над уровнем земли здание с консольно-подвесными конструкциями. Уже в проекте гаража над мостами Сены Мельников использует новый приём размещения автомашин, при котором заезд на стоянку и выезд с неё осуществляется без использования заднего хода[10]. Парижским проектам не суждено было реализоваться, однако ряд возникших при проектировании парижских гаражей архитектурных идей был использован архитектором при проектировании гаражей в Москве.

Вернувшись из Парижа, Мельников углубился в изучение графиков движения автомашин при парковании, и в результате выдвинул идею о системе пилообразного в плане паркования, при котором размеры передвижений и помехи машин друг другу резко уменьшались. Сам архитектор в своих эскизах и чертежах называл этот способ паркования «системой Мельникова», но позднее его стали именовать «прямоточной системой».

Эскизы
<center>Эскиз гаража для такси в Париже (кубический вариант), 1926 год <center>Эскиз пятиэтажного варианта постройки Бахметьевского гаража, 1926 год <center>Один из последних эскизов Бахметьевского гаража, 1926-1927 год

К моменту включения Мельникова в проектирование автобусного парка уже имелись утверждённые рабочие чертежи и проект строительства в Марьиной роще на Бахметьевской улице гаража обычного для тех лет манежного типа[9]. Мельников лично отправился в Моссовет с предложением альтернативного проекта[10][11]. Утром 16 мая 1926 года на Арбузовскую площадь[12] столицы были выведены автобусы для опытного сравнения гаражей существующей системы с системой предложенной Мельниковым. 30 автобусов и грузовиков МКХ попеременно входили и становились на места в нарисованные краской на мостовой два типа гаража : один по системе Мельникова, другой — обычного манежного типа. Хронометрические замеры, проведённые техническим советом Московского коммунального хозяйства, показали существенные преимущества предложений К. С. Мельникова и ему было поручено проектирование Бахметьевского автобусного парка[9].

Перед нами высился бастион из утверждённых к постройке чертежей и суровое упрямство властей автотранспорта, — писал К. С. Мельников, — Но более властным оказалось желание пришедшего с улицы архитектора …Рождённая Искусством идея проникла в сердца моих врагов и, после проведённых 16 мая 1926 года опытов, со мной был подписан договор на постройку манежа неведомой Москве косоугольной формы на прямоугольном участке Бахметьевской, ныне Образцова улице, с длинного порога которой взвился мой ЗОЛОТОЙ СЕЗОН[10].

В первоначально разработанном проекте Бахметьевского гаража К. Мельников предлагал разместить его в пятиэтажном здании с заглублением двух этажей в землю, для минимизации пробега машин между этажами. Гараж состоял из двух пересекающихся зданий, причём в пересечении был запроектирован светлый зал с платформами для осмотра машин. Въезд и выезд из гаража происходил по спирали. Однако этот, как назвал его позднее сам К. Мельников, «формалистический» подход не был принят и проект был переработан[9].

Бахметьевский гараж всегда воспринимался исследователями творчества К. Мельникова и специалистами по советской архитектуре 1920—1930-х годов как отдельно стоящий объект, «образец чистой формы»[9][10][13]. Однако в 1999 году, в ходе подготовки к мемориальной выставке «Константин Мельников и Москва. Диалог с городом», организованной в рамках сотрудничества Московского архитектурного института, факультета архитектуры Политехнического университета в Милане, архитектурного факультета Технического университета в Дельфте и университета в Штутгарте, в московских архивах был обнаружен оригинальный, неопубликованный нигде ранее генеральный план участка Бахметьевского автобусного парка с чертежами, выполненными К. С. Мельниковым.

Прямоточная система расстановки и движения автобусов в гараже

Изучение генерального плана позволяет сделать вывод, что согласно первоначальному замыслу архитектора, Бахметьевский гараж был композиционной доминантой целого комплекса, включающего в себя помимо гаража здания административного корпуса, котельной, бензинохранилища и авторемонтных мастерских, складывающихся в единую образную композицию различных геометрических фигур, принимающих на плане формы эллипса, круга и прямоугольника[14]. В основу пространственной композиции Бахметьевского автобусного парка архитектором была положена диагональ, по оси которой был поставлен гараж. Такое оригинальное размещение главного объекта помимо ярких художественных достоинств имело и ряд функциональных преимуществ: в свободных углах прямоугольного участка появлялась возможность расположить необходимые автобусному парку дополнительные здания и сооружения. В организации застройки углов участка был использован классический архитектурно-планировочный прием: композиционно выделенный центр, фланкированный крыльями[15]. Мастерские и котельная были объединены в мельниковском генеральном плане в единый расположенный в глубине двора комплекс, роль центра которого исполнял овальный в плане объём с открытым внутренним двором. Административный корпус, состоящий из двух объёмов, расположенных перпендикулярно друг к другу вдоль красных линий пересекающихся улиц (Бахметьевской улицы и вновь создаваемого проезда (ныне Новосущёвский переулок), группировался перед круглым объёмом бензинохранилища, являющегося внутренним композиционным акцентом. Расположение всех, на первый взгляд разнохарактерных элементов планировки, подчинялось строгой геометрии и создавало ощущение устойчивого равновесия при композиционной самодостаточности каждого элемента[13].

Главный торцевой фасад гаража Верхняя часть главного фасада, 2008 год

Первоначальный генеральный план, разработанный Мельниковым в 1926 году, был реализован лишь частично. Неизменными остались только местоположение и геометрическая форма гаража в виде параллелограмма (сам Мельников называл эту форму трапецией[9]). Трапецевидное здание гаража размером 54 на 167 метров и общей площадью 8575 квадратных метров[3] одной своей формой задавало правила движения автотранспорта под тупым углом 127° по отношению к оси гаража[9]. Сам архитектор называл этот принцип движения не иначе как «формулой»:

ФОРМУЛА: Система гаража, отличающаяся тем, что автомашина ставится на место и выезжает из гаража путём поступательного хода передом в одном направлении с поворотом под тупым углом[8].

Система расстановки автотранспорта уступами к направлению внутреннего проезда позволила более плотно разместить автобусы в гараже и сэкономить пространство, а также получить существенные эксплуатационные преимущества: при установке на место и выезде автобусов избегалась обычная в других типах гаражей необходимость маневрирования, движения задним ходом и использования помощи специального персонала[16][17]. Построенное в конце 1920-х годов здание Бахметьевского гаража оставалось рентабельным вплоть до 1970-х годов, так как конструкция оказалась способной вмещать увеличение как количества машин, так и их размеров[9].

Моя система, — писал в 1969 году Константин Мельников, — как психологический натиск, нарушила все существовавшие нормы, сузив отверстие расходования средств и времени на пользование автотранспортом"[18].

Примечательно, что все четыре фасада здания имеют разное архитектурное решение. Это связано не только с тем, что фасады выполняли разные функции, но и обусловлено своеобразным творческим почерком архитектора, заметным в большинстве его построек.

Главный торцевой фасад гаража с семью въездными воротами обращён на улицу Образцова. Вертикальные простенки между въездными порталами, образно напоминающими приоткрытые книги, а также часть плоскости стены над воротами, остеклены. В верхней части главного фасада Мельников поместил крупную рельефную надпись: «Сторона въездов», при строительстве добавилась надпись «Бахметьевский автобусный парк», на картуше — «Московское коммунальное хозяйство. Гараж построен в 1926-27». Крупными римскими цифрами над воротами были обозначены номера рядов. Выезд из гаража осуществлялся через ворота, расположенные на заднем торцевом фасаде. Над четырьмя центральными воротами заднего фасада размещаются большие круглые окна, напоминающие иллюминаторы. Ещё восемь выездов из гаража устроены в продольной северной стене. Здесь простенки между воротами заполнены горизонтальным ленточным остеклением. Южная стена гаража имеет сплошное ленточное остекление в два яруса. Ритмично расположенные на фасадах гаража окна разных типов, чередующиеся с прямоугольными порталами, придают зданию особую художественную образность, свойственную творчеству Мельникова[19].

Интерьер гаража
Интерьер гаража, 1929 год Винтовая лестница со стороны въездов, 2008 год Интерьер гаража после реконструкции, 2008 год

Внутреннее пространство гаража не имеет перегородок и решается по типу крытого манежа, разделённого на три нефа 18-ю тонкими металлическими колоннами. На стальные колонны опираются продольные лёгкие подстропильные фермы, а также несущие средние и боковые стропильные фермы и связи, удерживающие кровлю площадью более 8 500 квадратных метров. У западной и восточной стен здания были устроены две металлические винтовые лестницы, ведущие на мостики, которые позволяли осматривать автотранспорт сверху и контролировать состояние кровли и перекрытий.

Металлические конструкции Бахметьевского гаража — одна из последних крупных работ выдающегося русского инженера Владимира Григорьевича Шухова. Архитектор сам обратился к В. Г. Шухову с просьбой спроектировать перекрытия для Бахметьевского гаража и гаража на Новорязанской улице. Мельников понравился Шухову своей неординарностью, талантливостью, умением самостоятельно мыслить и тот согласился на предложение молодого архитектора[20]. К. C. Мельников так вспоминал о своей первой встрече с В. Г. Шуховым:

Не забуду своей встречи с Владимиром Григорьевичем Шуховым в 1926 году. Я привёз ему заказ на перекрытие Бахметьевского гаража, и что же? Вместо обсуждения дела он настойчиво усаживал меня на диван, а сам, восьмидесятилетний, стоя рассказывал мне о значении сомкнутых сводов русских церквей[21][22]!

Административный корпус Бахметьевского автобусного парка, 2008 год

Бахметьевский гараж и гараж на Новорязанской улице, вместе с завершившимся в то же время зданием управления Ново-Сухаревского рынка, были первыми капитальными, долговечными по функциями, построенными не из дерева сооружениями Константина Мельникова[9]. Здание гаража нередко характеризуют как постройку в духе конструктивизма[17][23] или функционализма. Однако, при известных чертах внешнего сходства, творчество Мельникова было вне модных в то время архитектурных течений[24] и он категорически возражал, когда его постройки относили к этим стилям:

В наш век появления Конструктивизма, Рационализма, Функционализма и АРХИТЕКТУРЫ не стало…, — писал К. Мельников, — Что касается меня, я знал другое, и это другое — не один конструктивизм. Люблю личность, уважаю личность и услаждаю личность. Каждую догму в своем творчестве я считал врагом, однако конструктивисты все в целом не достигли той остроты конструктивных возможностей, которые предвосхитил я на 100 лет[25].

В марте 1927 года Константин Мельников разработал новый генеральный план застройки участка. Структура комплекса была существенно упрощена и стала более механистичной, что, очевидно, было связано с корректировкой границ участка и технологическими требованиями[13]. К началу 1928 года кроме здания Бахметьевского гаража был построен административный корпус, имевший прямоугольный объём, поставленный вдоль Бахметьевской улицы. Композиционным центром главного фасада административного здания является выступающий за основную плоскость стены объём лестничного пространства и примыкающий к нему вестибюль. Тогда же была построена часть крыла комплекса мастерских. В дальнейшем К. С. Мельников непосредственного участия в работе над комплексом Бахметьевского автобусного парка не принимал, а достройкой руководил архитектор В. И. Курочкин.

Переработанный В. Курочкиным первоначальный проект авторемонтных мастерских лишался элипсовидных объёмов и состоял из прямоугольных кирпичных корпусов, поставленных под углом друг к другу вдоль западной и южной границ участка. Зальное пространство мастерских было перекрыто стальными фермами с верхним световым фонарем в центре. По мнению некоторых исследователей, конструкции корпуса и перекрытий мастерских также могли быть разработаны при участии В. Г. Шухова[8][17]

История гаража[править]

1927—1999 годы[править]

Бахметьевский гараж начал частично эксплуатироваться 1 ноября 1927 года, в связи с чем из Ордынского автобусного парка сюда поступили первые 60 автобусов «Лейланд»[26]. В апреле 1928 года гараж на Бахметьевской улице был окончательно достроен и сюда были переведены все пассажирские автобусы с Большой Ордынки[27].

После открытия в 1930 году авторемонтных мастерских, спроектированных архитектором В. Курочкиным, автобусный парк получает номер Первого. Бахметьевский автобусный парк в первой половине 1930-х годов был самым крупным в городе и обслуживал более 75 % маршрутов столицы: из 234 автобусов, работающих к 1931 году в Москве, 177 эксплуатировалось парком № 1 на Бахметьевской улице[28]. Помимо эксплуатации пассажирских маршрутов, Бахметьевский автобусный парк осуществлял ремонт и переоснащение автобусов. Так, в мае-июле 1936 года на маршруте № 4 от Краснопресненской заставы до Серебряного бора испытывались три автобуса ЗИС-8 с прицепами, построенными в мастерских Бахметьевского парка[26][29].

В начале Великой Отечественной войны Бахметьевский автобусный парк был переоборудован в центральные авторемонтные мастерские (ЦАРМ), на которых ремонтировались фронтовые машины и производились детали для «Катюш»[26][30], а основная часть автобусов была направлена в армию и частично передана во 2-й автобусный парк, где они также использовались для военных нужд[31]. В конце 1945 года парк вновь стал обслуживать общественный транспорт Москвы, возобновив свою работу как 3-й автобусный. В момент возобновления деятельности в Бахметьевском парке эскплуатировалось 55 пассажирских автобусов[26].

В конце 1961 года здесь эксплуатировалось 444 автобуса при ёмкости Бахметьевского парка в 186 мест. В связи с перегруженностью парка, в 1962 году была проведена реконструкция территории и место под стоянку автомашин существенно расширилось. К началу 1995 года в 3-м автобусном парке находилось 385 автобусов, в том числе 275 ЛиАЗов и 109 Икарусов.

В 1990 году, в связи со 100-летием со дня рождения К. С. Мельникова, комплекс Бахметьевского автобусного парка в составе здания Бахметьевского гаража, административного корпуса и здания мастерских включён в Список объектов культурного наследия Москвы[32]. В 1997 году было принято Постановление Московской городской думы, которым здание Бахметьевского гаража было отнесено к перечню памятников истории и культуры, разрешённых к приватизации[33].

За время эксплуатации Бахметьевского автобусного парка по его первоначальному назначению здания не реставрировались, появились многочисленные постройки, искажающие первоначальную композицию комплекса. С фасада Бахметьевского гаража исчезли объёмные надписи, оконные переплёты заменены стеклоблоками, здание несколько раз штукатурилось и перекрашивалось с отступлениями от первоначального проекта.

В связи с тем, что здание гаража нуждалось в срочной реставрации, а также учитывая возросшую численность эксплуатируемых автобусов, которые уже не умещались на отведённом участке, в 1999 году 3-й автобусный парк был выведен с улицы Образцова в Бибирево.

«Новая судьба» Бахметьевского гаража[править]

Первоначально на высвобождаемых площадях Бахметьевского парка предполагалось разместить специализированное предприятие по централизованному техническому обслуживанию автобусов и заказным перевозкам[34]. Однако, после вывода с территории автобусного парка, поступило несколько новых предложений по использованию освободившегося участка[35]. Здесь предлагалось разместить музей городского транспорта Москвы[36], Министерство культуры РФ и Российская академия художеств выступили с одинаковой инициативой — разместить в Бахметьевском парке музей современного искусства, Мосгортранс предложил воздвигнуть на территории Бахметьевского автобусного парка 20-этажный элитный дом, а Московский еврейский общинный центр Хабад Любавич — создать общеобразовательную еврейскую школу, а сам гараж реконструировать под хасидский культурный центр. За последний вариант ратовала и синагога «Марьина Роща», расположенная неподалёку от автобусного парка. 9 января 2001 года земельный участок, на котором расположен Бахметьевский гараж, Постановлением Правительства Москвы был передан в безвозмездное пользование Марьинорощинской еврейской общине для организации учебно-воспитательного и спортивно-досугового комплекса за счёт собственных и привлекаемых средств общины[37]. Выбор в пользу размещения на территории Бахметьевского парка еврейского центра был сделан лично Мэром Москвы Ю. М. Лужковым:

Когда ко мне пришли представители еврейской общины и попросили предоставить место для центра, я сразу увидел в их глазах желание сделать добро. Я дал согласие, но не ожидал, что результат будет таким быстрым[38]

В результате реконструкции в памятнике архитектуры появились пластиковые окна

В сентябре 2001 года Главное управление охраны памятников (ГУОП) г. Москвы направило экспертов с проверкой прочности металлоконструкций здания гаража. Экспертное заключение оказалось малоутешительным: элементы ферм изъедены коррозией, несущий каркас не имеет запаса прочности и со дня на день может обрушиться. Однако вместо разработки проекта реставрации гаража, еврейская община начала самовольный демонтаж уникальных шуховских ферм[39]. У здания Бахметьевского гаража, являющегося охраняемым государством объектом культурного наследия, была полностью разобрана крыша с фонарями верхнего света, демонтированы 12 оригинальных пролётов металлических ферм (треть от общего количества), ликвидировано заполнение окон[23].

В конце того же года под влиянием общественности разборка здания гаража была приостановлена[8][23] и к проекту реконструкции участка были привлечены архитектор А. Воронцов, архитектор-реставратор Г. Мудров, специалисты в области архитектуры XX века Е. Никулина и Ю. Волчок[39]. По проекту архитектора Воронцова на охраняемой территории ансамбля Бахметьевского автобусного парка должны появиться новые архитектурные объёмы, а некоторые существующие здания должны быть реконструированы[40][41]. Так, непосредственно в здании гаража намечалось разместить экспозиции, посвящённые истории еврейства в России, спортивные залы и плавательный бассейн[42]. Часть стен предполагалось снести с последующим «реставрационным восстановлением», а под зданием гаража должна была разместиться подземная парковка на 275 машин, а также технические и вспомогательные помещения культурно-спортивного центра.[17]. В здании административного корпуса должна разместиться общеобразовательная школа, соединённая единым подземным пространством со зданием Бахметьевского гаража.

Файл:Garazh8.JPG

<center>Реконструированные перекрытия гаража, 2008 год

Проект реконструкции территории Бахметьевского автобусного парка несколько раз претерпевал изменения[43] и работы проводились, в основном, по реставрации здания Бахметьевского гаража и авторемонтных мастерских. Над внутренним пространством гаража работало архитектурное бюро Юрия Григоряна «Меганом»[44], а на завершающем этапе к приспособлению интерьера здания под выставочное пространство был привлечён лондонский архитектор канадского происхождения Джейми Фоберт (Jamie Fobert)[45], известный дизайном выставок для галерей Тейт и Тейт Модерн. К середине 2008 года реставрация гаража была в целом завершена: восстановлены утраченные металлоконструкции, по архивным фотографиям и чертежам К. Мельникова воссоздан главный фасад здания с крупными надписями над въездными порталами. Вместе с тем при реставрации были допущены очевидные ошибки[46], искажающие образ архитектурного памятника. Так, в здании протекает крыша[44], а реставрированные фасады несут на себе явные черты «евроремонта»: яркие цвета окраски, пластиковые окна, нарушающие первоначальный рисунок оконных переплётов.

17 октября 2007 года на территории Бахметьевского автобусного парка состоялось открытие первого в России многофункционального благотворительного центра «Шаарей цедек» («Врата милосердия»), в церемонии открытия которого приняли участие мэр Москвы Юрий Лужков, председатель Федерации еврейских общин России, главный раввин России Берл Лазар, певец Иосиф Кобзон[47][48]. Генеральным спонсором благотоворительного центра выступил предприниматель Роман Абрамович[47][49]. В настоящее время на территории парка находятся московская еврейская школа «Месивта», московская еврейская духовная семинария «Ешива Томхей Тмимим», московская еврейская служба занятости «Аводат Хесед». В реконструированном здании авторемонтных мастерских, являющихся памятником архитектуры, располагается многофункциональный еврейский медицинский центр и благотворительная столовая.

Еврейский музей и центр толерантности[править]

Согласно планам Федерации еврейских общин России, в здании Бахметьевского гаража в 2010 году планировалось открыть Российский еврейский музей толерантности (РЕМТ), создание которого должно способствовать укреплению межнациональных и межконфессиональных отношений в Российской Федерации. Эту идею поддержал в беседе с Берлом Лазаром второй Президент России Владимир Путин, выразивший желание перечислить в фонд строительства музея своё месячное вознаграждение.[50][51] Свою поддержку созданию еврейского музея толерантности выразил также директор ФСБ РФ Николай Патрушев[52], передавший для музейных фондов 16 документов, касающихся судьбы шведского дипломата Рауля Валленберга, спасшего во время Второй мировой войны десятки тысяч евреев.[53]

Развёрнутая презентация проекта РЕМТ впервые состоялась в рамках Второго международного фестиваля искусств «Традиции и современность» в московском Манеже в марте 2008 года, где были показаны некоторые экспонаты обширной коллекции, демонстрирующей своеобразие и богатство культуры и искусства российских и советских евреев,[54] среди которых ценные и высокохудожественные атрибуты иудейского богослужения (ханукии, бсамим, парохет, меноры), работы художников А. Лаховского, Мане-Каца, С. Юдовина и других.[55]

15 сентября 2008 года в Бахметьевском гараже состоялась пресс-конференция президента Федерации еврейских общин России Александра Бороды, на которой он сделал презентацию Российского еврейского музея толерантности.[56]

Центр современной культуры «Гараж»[править]

12 июня 2008 года в здании Бахметьевского гаража состоялась презентация Центра современной культуры «Гараж» в Москве (The Centre for Contemporary Culture Moscow, или CCC Moscow Garage)[57], открытого подругой миллиардера Романа Абрамовича Дарьей Жуковой[44], которую пресса нередко представляет «спасительницей» Бахметьевского гаража[57][58]. Церемонию открытия «Гаража» посетили знаменитый американский художник Джефф Кунс, директор Эрмитажа Михаил Пиотровский, галеристы Айдан Салахова, Василий Церетели, Ольга Свиблова, предприниматели Роман Абрамович, Александр Мамут, Михаил Фридман, Виктор Пинчук, многочисленные деятели арт-рынка и светские лица. Гостям была продемонстрирована экспозиция, специально для мероприятия подготовленная архитектором Юрием Аввакумовым, в которую вошли фотографии А. Родченко, британского мастера фотографии Ричарда Пэйра, архивные чертежи и планы здания Бахметьевского гаража, кинохроника 1920-х годов. На открытии Центра дала свой первый и единственный в России концерт английская певица Эми Уайнхаус[59][60].

Центр осуществляет различные культурные, художественные и просветительские программы. Прежде всего, это выставки, организация экскурсий, проведение учебных и лекционных курсов для взрослых и детей, посвященных изучению российского и зарубежного современного искусства под руководством известных художников. Международным координатором центра «Гараж» стала Молли Дент-Броклхест, известный куратор, арт-дилер и галерест. В состав Центра вошли выставочные пространства, книжная лавка, лекционные помещения и кафе. Центр современной культуры «Гараж» — это первый проект, реализованный в рамках Российского еврейского музея толерантности. По мнению авторов проекта, существование в рамках еврейского музея сменных экспозиций современного искусства не противоречит общей специализации комплекса, поскольку «на 10 художников-авангардистов, и не только российских, приходится как минимум 7 евреев»[40].

Для публики центр «Гараж» открылся 15 сентября 2008 года инсталляцией Эмилии и Ильи Кабаковых «Альтернативная история искусств»[58][61], представленная как ретроспектива трёх выдуманных Кабаковыми художников XX века. Кабаковыми также разработаны эскизы оформления внутреннего пространства «Гаража»[11], которое специально для выставки временно поделено на 23 комнаты[61].

20 декабря 2011 года Центр современной культуры «Гараж» покинул здание Бахметьевского гаража.

Бахметьевский гараж в произведениях литературы и искусства[править]

Сноски[править]

  1. ↑ Уровень популярности Мельникова в Париже зафиксирован в повести И. Эренбурга «Лето 1925 года», где есть эпизод, показывающий, как «мода на Мельникова докатилась до самых широких слоев падких на любую новинку парижан, стала приметой времени и молвой улицы: случайная прохожая называет своему спутнику самые острые на её взгляд признаки современности — футбол, джаз, павильон, выстроенный Мельниковым…» (см. И. Эренбург. Лето 1925 года. М., 1926, с. 205).

Источники[править]

На русском[править]

  • Мельников К. С. Архитектура моей жизни. Творческая концепция. Творческая практика / А. Стригалёв, И. Коккинаки. — М.: Искусство, 1985. — 311 с.
  • Константин Мельников. Рисунки и проекты: Каталог выставки. — М.: Советский художник, 1989. — 125 с. — ISBN 978-5269001739.
  • Мельников К. С. Архитекторское слово в его архитектуре. — М.: Архитектура-С, 2006. — 144 с. — ISBN 5-9647-0091-8.
  • Хан-Магомедов С. О. Константин Мельников. — М.: Архитектура-С, 2006. — 296 с. — ISBN 978-5-9647-0095-1.
  • Стригалёв А. А. Константин Степанович Мельников. — М.: Искусство, 1985. — 364 с.
  • Шухова Е. М. Владимир Григорьевич Шухов. Первый инженер России. — М.: Изд. МГТУ, 2003. — 368 с. — ISBN 5-7038-2295-5.
  • Петропавловская И. А. Шухов Владимир Григорьевич, 1853-1939. — М.: Наука, 2004. — 108 с. — ISBN 5-02-033173-2.
  • Тархов С. А. Городской пассажирский транспорт Москвы. Краткий исторический очерк к 125-летию возникновения. — М., 1997.

На английском[править]

  • Starr, S. Frederick. Melnikov: Solo Architect in a Mass Society. — Princeton. — Princeton University Press, 1978. — ISBN 0-691-03931-3.
  • Pare, Richard. Die verlorene Avantgarde. — Schirmer/Mosel Verlag Gm, 2007. — ISBN 9783829602990.
  • MacEl, Otakar, Fosso, Mario. Konstantin S. Mel'nikov and the Construction of Moscow. — Skira, 2001. — 312 p. — ISBN 9788881185399.

wp.wiki-wiki.ru


Смотрите также